Онлайн книга «КОМСОМОЛ-1»
|
Аркадий … Вообще, когда ты в зверином Облике, всё становится словно чётче, исчезают мелкие человеческие сомнения, терзания. Главное в этом состоянии — не утратить человеческое совсем. Помнится, подростками, когда в почти повзрослевшем теле начинают бушевать неистовые желания, а в голове появляются всякие идиотские мысли о собственной исключительности, нас — и будущего архимага великого князя Кирилла, и его ближнее окружение — возили в очень такое специальное место. В качестве элемента процесса обучения. В особенности, как было сказано, это было важно для нас с Георгием Багратионом, чтоб могли себе представлять, с чем иногда приходится сталкиваться. Называлось учреждение «Объект» чего-то там, я номер не запомнил. Не до номеров стало, честное слово, стоило только понять, куда мы прибыли. Страшно там было… ужас просто кошмарный. Объект режимный. Кого попало туда не пускают. Но для великого князя… К тому же у дяди Серго папа там служит. Поэтому нам организовали даже экскурсию. Дядя Серго тогда сказал, что если бы не Евдокия Максимовна, бабушка моя, он и сам мог в числе подопечных этого «Объекта» оказаться, и что молодым выдающимся оборотням особенно полезно посмотреть, чем их звериная мощь может обернуться. Ну да, тогда ещё думали, что мой мощный дар вот-вот проявится, и включали меня в число перспективных… Да неважно! Приехали мы. С виду — заброшенный карьер, а я так думаю, геомаг специально подобное сделал. Ограждения вокруг — моё почтение, не хуже, чем вокруг восемнадцатого объекта под Железногорском. А вот в самих стенах этого карьера, на горизонтах — сплошными рядами выбиты в камне норы-камеры. И решётки с прутьями в руку толщиной. Это для тех оборотней, в которых Зверь победил Человека. Гия Багратион у нас — парень впечатлительный. Как увидел, в дедову руку вцепился, забормотал что-то по-своему. А дед ответил по-русски, чтоб все поняли: — Зачем, спрашиваешь? Затем, что в некоторых из этих существ ещё осталось хоть что-то человеческое. С ними работают. Пытаются вылечить. Это очень трудно, и хороших результатов очень мало — но они есть! Поэтому мы не опускаем рук. Остальные… они тоже приносят пользу. Их изучают. Способы борьбы, противодействия. Специальные команды поисковиков имеют возможность тренироваться тут же, на натурном материале, так сказать. Подопечные даже рады бывают возможности покинуть свои логова, — Иессе Ливанович тяжело вздохнул. — И мы считаем, что даже такая судьба — всё же лучше, чем быть растерзанным собственным кланом, что предписывали старинные законы. Жуткое место. Я бы там служить не смог. Зато мой Зверь очень даже впечатлился и с тех пор не пытался заявлять, что он главнее. И внутреннее взаимодействие по части ощущений у нас было налажено на отлично. Даже в те годы, когда он — моё второе, звериное Я — осознал, что никогда не сможет хвастливо повторить подобно папане-Коршунову: «Мы — Самые»! Даже когда замкнулся в себе и несколько лет просто молчал. … Вот и сейчас я смотрел на жиденький моравский зимний лес и понимал, что уроды, мимо которых нужно проскользнуть, не где-то примерно впереди, а… …конкретно вон там. Я легонько толкнул Артака в плечо: — Прямо по курсу и чуть правее вражеский секрет. Похоже на франков. Метров шестьсот, трое, вооружены стрелковым, взрывчатки не чую. |