Книга КОМСОМОЛ-2, страница 97 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— Винный подвал был, — кивнул отец Бенедикт.

— Да, — согласился Мюллер. — Но для простого мельничного хозяйства он оказался слишком огромен, им почти не пользовались. А вот я, перебираясь сюда на постоянное житьё, вспомнил о нём и перевёз свою лабораторию. Только накопители за столько лет подразрядились. Если Аркадий согласится помочь, мы сможем…

— Подожди, ты про это говорил, как про наследство? — перебил его священник.

— Э-э-э… нет. Не про это. Я, конечно, покажу им, но, что-то мне не верится, что правнук сможет реализовать… Да ещё война эта…

— Не спеши, подумай хорошенько, — священник посмотрел на него с прищуром, — а захочешь ли ты уходить, — он кивнул вверх, — если у тебя есть новый интересный объект для исследований? Ты теперь с роднёй помирился. Возьмёшься за них, будут у тебя внуки-ученики…

— Ты не монах, ты змей-искуситель! — хмуро ответил ему профессор Мюллер. — Нет. Категорически — нет! Пора мне. Я вот тут чувствую, — он приложил руку туда, где у живого человека было бы сердце. — С Аркадием определимся — и пора.

— Хорошо, — словно выдохнул отец Бенедикт. — Это правильно. А то я уж боялся.

— Я же говорю — змей, хе-хе-хе! — ответил серией смешков Мюллер, вытаскивая из шкафа мудрёную конструкцию из проволоки, каких-то кристаллов и циферблатов. — Герр Аркадий, вот сюда, пожалуйста, вашу кровь, — и протянул мне узкую высокую стеклянную колбочку. И ножичек треугольный серебряный.

— Э-э-э? — недоумённо уставился я на него.

— Необходимейший аспект — вы сами должны сделать надрез и сами слить кровь в пробирку Вюрца, а потом, опять же сами, собственноручно, установить его в штатив. Я потом покажу куда.

— Опасаешься паразитных эфирных воздействий? — деловито спросил отец Бенедикт.

— Всего опасаюсь.

А потом я зарядил им накопители. И даже не выдохся при этом, удивляясь, что за такой короткий срок привык к мощным потокам энергии и начал воспринимать их обычными. Вот уж точно, к хорошему человек привыкает быстро!

— Господа, если я больше не нужен, я вас всё-таки оставлю. Мне бы в Хёрерсдорф ещё раз наведаться. Есть там незавершённое дело. Даже несколько, — поправил я сам себя.

— Хорошо-хорошо! — крикнул Мюллер, летая вокруг приборов, а отец Бенедикт очень серьёзно пожелал:

— Удачи вам, Аркадий! И Божьей помощи! — и, кажется, даже благословил меня вслед. Но я уже бежал вверх по ступенькам, поэтому на сто процентов уверенным быть не могу.

НЕЗАВЕРШЁННЫЕ ДЕЛА

Зверь с удовольствием оглядывался по сторонам: Нет, ну ты смотри, ведь и вправду — натуральное замковое подземелье! Мне всё больше и больше нравится эта берлога.

Хороша, так-то. Только мельник её в наследство собрался передать. Правнукам своим.

Да и пожалуйста, я ж не против. Я с прицелом на будущее. Что, не хочешь такое мудрёное жилище для себя построить? Где-нибудь на Ангарских островах, а?

Так-то заманчиво.

Вот и я о том же. Надо вообще всё тут облазить, понять, как оно работает. Чертежи этажей нарисовать.

Ничего себе, планов громадьё! — фыркнул я. — Нам бы вначале выжить.

Тоже верно.

Снаружи уже подступал ранний зимний вечер. Мне для моих целей даже лучше.

Мюллеровы правнуки с Николаем ещё не вернулись, всё было тихо. По дороге быстренько заглянул к Милли, позаботился о животине, а то эти горе-исследователи опять увлекутся. А животная ухода требует! Она от трёхразового питания «понедельник-среда-пятница» запросто копыта может протянуть. Хотя, если ей чего понадобится, ослы так орать могут, моё почтение! Довелось в Азиях послушать.