Книга КОМ-2 (Казачий Особый Механизированный, часть 2), страница 5 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— Стоп, это пропустить! Дальше.

— Я нахожусь рядом с вами согласно правилам международной конве…

— Это ты мне уже говорил, а я тебе в ответ, что эти ваши конвенции меня ваще не колыхают.

— Извольте ознакомиться с приказом вашего командира, — он протянул мне сложенный вчетверо листочек, — папирен.

«Папирен» оказался приказом походного атамана о зачислении Хагена фор Ярроу на должность механика-пилота, внезапно МЛШ «Саранча». А «Саранча» у нас в РЭК одна — моя. Подстава, пень горелый.

— А это всё, — я обвёл рукой окружение, — что вообще?

— Согласно уставу, который я имел честь прочитать, пока лежал в госпитале, большой офицерский шатёр, положен вам, как пилоту собственного, а не выданного государством, шагохода. Я имел длительную беседу с каптенармусом, и он предоставил нам положенное.

Да Семёныч за гайку лишнюю удавится! Чувствую, этот эпический «разговор» тянет на подвиг почище любого боевого. Так… Я ещё раз огляделся. Бухнул сумку на столик.

— А это тоже положено? Ну, там — кровати и это вот всё?

— Да, — дойч кивнул. — Мебель входит в стандартную комплектацию шатра. Каптенармус имел иное мнение, мне пришлось ознакомить его со списком стандартной комплектации.

Дойч в моих глазах рос всё сильнее. Это ж надо!

О! Это надо отметить. За знакомство, и заодно шатёр обмыть. Достал бутылку. Кинул её фону.

— На, разливай, — а вдруг у него и бокалы есть?

Бокалы нашлись, чему я уже не удивлялся. И даже лимончик подсохший, по причине жары сирийской, но это я уже придираюсь. Короче, усугубили мы с Хагеном фор Ярроу. И засиделись заполночь. И поговорили по душам. Нормальный боец оказался, да и человек неплохой.

ХРУСТАЛЬНОЙ ПУШКОЙ

А на следующий день я стоял в капонире и разглядывал «Саранчу». В больной голове мысли ворочались с трудом, и шагоход свой я сначала не признал. Во-первых, бронестёкла стояли на прежних местах, во-вторых, на башне машины был закреплён чехол, который свисал почти до середины опор, скрывая корпус «Саранчи». В принципе, я слышал о подобном решении, что-то вроде пассивной маскировки, и бить по шагоходу приходилось просто по силуэту, но по МЛШ и так, куда не попади — пробьёшь, брони-то особо нет.

Хаген стоял рядом, болезненно морщился на механический шум капонира и ждал моей реакции.

— Ну и нахрена нам эта тряпка?

— Положена по уставу. Это особо прочная на разрыв ткань, может от некоторых осколков уберечь, ну и от магического воздействия, в некоторых ситуациях.

— Опять со склада стребовал, — уже не удивился я. Он кивнул. — Ну, идея-то мне понятна. Как теперь шагоход с ним себя на ходу поведёт?

— Нормально. И видно сквозь него изнутри хорошо. Движений не стесняет, я уже на четырёх боевых выходах был.

— Чего⁈ На моей «Саранче»? Ты не охренел ли, фон?

— Приказ вы читали, герр Коршунов. И смею вам напомнить, что за каждый боевой выход на счёт вашей боевой единицы зачисляется некоторое определённое денежное довольствие. А поскольку я теперь являюсь вашим персональным вассалом, мой долг — заботиться о благосостоянии своего… э-э-э… опекуна.

— Пока ты являешься моим персональным занудой.

Хаген помялся:

— Мне не совсем понятно, зачем вы сняли бронестёкла, в кабине не настолько жарко, чтобы…

— Я маг. Специальное обучение не прошёл, но кое-что могу. А через стёкла заклинания не получаются.