Книга КОМ-3 (Казачий Особый Механизированный, часть 3), страница 57 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

Серго вскочил:

— Отец должен знать!

— Вот и расскажешь ему.

— А если не поверит? — он вдруг осунулся с лица. — Если решит, что я всё это придумал ради Даши?..

Матушка вздохнула:

— Сядь, не кричи. Съезжу с тобой, сама с отцом переговорю. Только ребяток моих дождёмся.

Мы успели напиться чаю с печеньями, когда в дверях столовой, заставив замереть редких в этот час посетителей, появились двое маманиных сопровождающих. В руках одного из них была моя «секретная лаборатория», как сурово обозвали набор настоек безопасники.

Маман ласково посмотрела на некромантов:

— Утрясли?

— А как же, Евдокия Максимовна! — невысокий многозначительно улыбнулся, второй приподнял чемоданчик. — Всё в целости и сохранности, ни один бутылёк распетрушить не успели.

— Чёт совсем неторопливые они здесь, — осудила безопасников матушка.

— Так алхимиков должного допуска не нашли, ждали специалиста из столицы.

— Ишь ты! Федоскина, небось?

— Его.

— Ну и остался он с носом! — усмехнулась маман. — Обедать-то будете?

— Можно.

— Ребятки, тут у меня ещё одно дело небольшое образовалось, — маман кивнула на Багратиона. — Съездим с мальчиком?

— Как скажете, Евдокия Максимовна.

— Ну, вы тогда кушайте, а я одним глазком хоть посмотрю, как сын устроен, да сюда вернусь. Ты, Серёжа, тоже дождись, вместе уж и поедем.

Я принял чемоданчик, и мы с матушкой прогулялись до моей комнаты.

— Скромно, — оценила она.

— Для студента-то? Нормально!

— Ну, да, не век же здесь вековать. Ты давай-ка, пропущенный первый сразу прими-ка.

Под пристальным маманиным надзором (она при этом дотошно убедилась, что порядок не спутан и ничего не перемешали местами) я выпил бутылёк, потом проводил матушку сперва до столовой, а после и до ворот.

— Ну вот, маманя, звонить хотел, так теперь на словах Афоне передайте: в эту пятницу ждать меня на дирижабль не надобно, своим ходом пойдём.

— Ну, с Богом! — маман расцеловала меня на прощанье и отбыла с Багратионами беседовать.

Я полагал, что увижу Серго за ужином, однако в общежитие он не вернулся до понедельника. Да и тогда выглядел не сказать чтоб лучезарно. Теперь уж я встретил его в обед у входа в столовую:

— Ну что? Только не говори, что ничего не вышло?

Серго слегка нахмурился:

— Могу сказать, что твоя матушка выступила более чем убедительно. Здесь она, я полагаю, не стала некоторые факты афишировать, а уж отцу картину обрисовала во всех красках.

— Проникся он?

— Ещё бы! Срочно едет домой. Совет родов собирать будет. Это ведь, ты понимаешь, наша общая проблема.

— Так что ты хмурый теперь-то⁈ — я хлопнул его по плечу. — Сейчас Дарья — лучший для тебя вариант! Мощнейшая магичка, каких ещё поискать! Богата, красива…

Серго вздохнул.

— Она для меня — да. А я для неё? Завтра ждём ответа от Кирилла Фёдоровича. И если он даст добро, тогда я с пачкой козырей на Пасху поеду к Морозову, предложение делать. А вот если не даст… Тоже поеду, — он сурово кивнул сам себе. — Не отдаст — украду! Как пить дать, украду!

Бат-тюшки, да наш гордый князь боится, что семейство Морозовых ему от ворот поворот покажет?

— Ты совершенно прав, Илья, — Серго ответил на мои невысказанные мысли. — Наш род, к сожалению, не так богат, как хотелось бы. И если у меня в рукаве не будет уральских концессий… всё становится довольно зыбко.