Книга КОМ-4 (Казачий Особый Механизированный, часть 4), страница 48 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— Китель-то с наградами накинь! Ты ж знаешь, они к этому с уважением. И не забудь сказать, что ты — главный начальник общежития, да усы поважнее встопорщи, что ли.

— Не сочиняй уж, юморист! — глухо хохотнул Семёныч из-за дверцы шкафа и появился в парадном кителе с двумя георгиевскими крестами. — Пошли.

— Только ты уж убедись, что они чётко поняли: как воду открывать, куда гадить, как мыться.

— И как закрывать, — пробурчал под нос Семёныч. — Ох, чую, не обойтись нам без потопов…

У входа на второй этаж наша процессия слегка замедлилась.

— Так… — Семёныч слегка замялся. — Вы бы не ходили за мной, господа. Честное слово, так лучше получится.

— И верно, — сразу согласился я. — Вы бы, Вадим Романыч, лучше бы до секретариата лучше прогулялись, да отправили бы запрос на нового толмача. Распишите в красках драматизм ситуации. Глядишь, с курьерским дирижаблем к нам кого побыстрее пошлют.

Сергеев натурально схватился за голову:

— Батюшки мои… Как же мы завтра с учителями будем? Каждый раз такая песня?

Я с надеждой уставился на коменданта:

— Семёныч, выручай, а? За нами не заржавеет.

Тот покряхтел:

— Эх… Ладно! Буду ходить, изображать важное начальство. Кажный раз учителей представлять. Глядишь, сдюжим потихоньку. Ну всё! Я пошёл. А вы, Вадим Романыч, ранее, чем через час не приходите.

Комендант скрылся за дверью, а мы пошагали вниз по лестнице.

— Занятно всё-таки в гражданских заведениях порядки налажены, — с некоторым осуждением высказался Вадим Романович.

— Да, брат, это не казарма.

Он хмыкнул:

— Да мне бы и в голову не пришло обращаться за помощью к коменданту!

— А напрасно! Комендант в своей вотчине знает всех, как облупленных, от и до. Да и вообще, наш он. Видал, два Георгия?

— Это да, с пониманием человек.

— К тому ж у Семёныча сам Великий князь не гнушается посидеть, чаю попить да поговорить.

— Да вы что⁈

— Да хоть кого спросите. Иван Кириллович неоднократно был замечен.

— Кто бы мог подумать…

ЕСТЬ ЗАХОЧЕШЬ…

Вечером за чаем дамы завели занимательный разговор. И снова о кадетах.

— А вы видели, как сурово с ними обошёлся преподаватель по русскому языку? — сделала сочувственные глазки Серафима.

— А что такое? — удивился Хаген.

— На ужин он пришёл и сказал, что пищу получат только те воспитанники, которые смогут по-русски сказать, что они хотят. А некоторые выучили только «каша» и «хлеб».

— Да-да, — подхватила Марта. — Официант их спрашивает: «Какая каша?» А они глаза таращат.

— Занимательный метод, — сказал Хаген. И чем дело кончилось?

— Кто сказал, какая каша — тому принесли. А кто нет, — Марта развела руками, — тот так и ушёл. И с хлебом та же песня. Как он начал им сорта перечислять… Кто догадался какое-нибудь услышанное слово из списка повторить — тот с куском хлеба остался. А кто нет — так и нет.

— Вприглядку накормил, в общем, — резюмировал я.

Судя по всему, преподаватель решил своими методами бороться с «непониманием».

— Жёстко, — заметил Хаген, — однако я уверен, что к завтрашнему утру все без исключения дети будут знать название минимум одного блюда.

— И что, они одно и то же будут всё время есть? — слегка ужаснулась Серафима.

Фон Ярроу пожал плечами:

— Захотят разнообразия — запомнят ещё несколько названий.

Что ж. Справедливо.

ПЕРВЫЙ ДЕНЬ ПРЕПОДАВАНИЯ