Онлайн книга «КОМ-7 (Казачий Особый Механизированный, часть 7)»
|
Пустота фыркнула и хлопнула входной дверью. Дальше стеречь пошла. — Чегось это? — опасливо спросила Аграфена. — Это нормально. Пошли, матушке тебя представлю. Не самому же мне с этой гренадёршей возиться, в самом деле? * * * Маман рассудила, что девять вечера — поздноватое время, чтобы идти знакомить барышню с возможными женихами. Предложила Аграфене (немедленно ласково поименованной Грунюшкой) заночевать в гостевой комнатке во флигельке и усадила пить чай. Слово за слово — маманя выспросила всё, что ей было интересно. А я пошёл к Ивану, срочно решить кой-какие неотложные вопросы, приметив, что за столом появились ещё два персонажа — Сэнго и Хотару, поскольку разговор зашёл об очень интересном — обо всяких пирожных. А на обратном пути они поймали меня в библиотеке. — И ты представляешь, дядя герцог Илья Алексеевич⁈ — взахлёб рассказывала Хотару. — Она взяла совсем невкусную муку, обыкновенные яйца, сильно сладкий сахар… — Ну-ну! Ты что же весь рецепт мне перечислять будешь? — Я! Я скажу! — завопила Сэнго, прыгая вокруг. — Она взяла всё простое и обыкновенное и сделала чудо! — Прям-таки чудо? — Очень-очень вкусное чудо! — подтвердила Хотару и обе закивали так, что у обычного человека голова бы оторвалась. — Дядя герцог Илья Алексеевич, возьми её в кухарки, а⁈ Она будет стряпать нам вкуснятину каждый-каждый день! Она согласна! У неё работы нет! — А как Олег стряпает, вам, значицца, уже не нравится? — Нравится! Нам очень нравится! Но Олег далеко, надо ехать в город. А Груша тут будет. Раз — и готово! — Погодите, я ж её обещал с кузнецом познакомить? — А что — жена кузнеца не имеет права работать? — вытаращила глазёнки Сэнго. — К тому же работать в хорошем доме? — И имя у неё вкусное — Груша, — добавила Хотару. — Очень для вкуснятины подходит. — Ну раз и-и-имя, тогда придётся взять. — Урэсий ва! Сиавасэ да ва!* — заорали они в два голоса и помчались сообщать эту новость матушке и Груше (и естественно, всем, кто мог бы услышать их вопли сквозь двери своих комнат). *Урэсий ва — я так рада! Сиавасэ да ва — какое счастье! (яп.) А я пошёл обнимать супругу. Которая, конечно, первым делом поинтересовалась у меня: — А что там за крики? — Лисы отмечают принятие на должность новой кухарки. По сладостям. — Именно по сладостям? — удивилась Серафима. — Ага. А что? Можем себе, в конце концов, позволить. — И что — прям вкусно готовит? — Па-а-анятия не имею. Рыжие попробовали, сказали — очень вкусное чудо. Сима фыркнула: — Вполне на них похоже. — И я решил, что иметь под рукой человека, который в любой момент может организовать лисам премиальный десерт — в какой-то мере тактически правильно. К тому же предыдущую премию за то самое казино они уже приговорили. — Вот так? И ты принял на жалованье человека, результат работы которого даже не оценил лично? — Серафима слегка прищурилась. — Так-так-та-а-ак! Что я слышу? Неужели это нотки ревности⁈ — Вот ещё! — она вздёрнула носик, уселась у туалетного столика и принялась перебирать на нём какие-то бутылочки. — Даже и не думала! Мне стало смешно. — Любимая, Зверя ты всё равно не обманешь. Эта кухарка двух метров ростом и с голосом, как у протодьякона. Одинокая, да. Я опрометчиво обещал познакомить её с нашим кузнецом, так что прошу тебя — поспособствуйте с матушкой, будьте так добреньки. А то у меня, сама знаешь, времени сейчас… — я подвинул себе второй табурет и уселся позади свой драгоценной жёнушки. — И вообще о чём мы?.. Я к тебе пришёл и с мыслями о тебе. Ты моя самая сладкая булочка… |