Книга КОМ-9 (Казачий Особый Механизированный, часть 9), страница 120 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

Ну а что? В ажитации не так крикнешь ещё.

Я отплевался от песка и листьев (спасибо кустам) и запел. Бодрости придавало то, что сзади остался зелёный, и сейчас он как раз смотрит нам в спину!

Я хрипя орал монгольские напевы, а Хаген вписывал кузнечиком летящую «Пантеру» между коробками вроде-как-домов… Я вгляделся в чудом уцелевшие зеркала заднего вида — тот шагоход, через которого мы так неудачно перепрыгнули, всё ещё стоял на коленном суставе и поливал нас из крупняка… ну как поливал? Пытался. Ни разу не попал. А главный калибр почему-то не задействовал. Неужто своротил я ему там что-то всё-таки?

За крайним домом мы вылетели на «4-а». Знатный кружочек по полигону дали, а? И как Иван не засадил в нас из главного, это вообще чудо. Князюшка-то попал бы, тут к гадалке не ходи. Позору потом не оберёшься, блин горелый…

Хотя — умная мысля догнала быструю — песню-то он должен был признать? Ну и вот!

А великий князюшка — тут как тут, орёт, из люка машет:

— Стой! Стой!

Я временно ускорение прекратил. Хаген плавно остановил шагоход.

— Ну как там?

— Песчаный там, — я махнул рукой, — зелёный там, за горкой прячется. У песчаного минус манипулятор. Зелёному походя по кумполу долбанули, повреждения не ясны.

— Красавчик! — Иван усмехнулся. — Теперь вопрос к вам: вы летать умеете?

— Не понял!..

— Сможете разогнать «Пантеру» на максимум и перепрыгнуть болотину, если с ускорением твоим?

Я переглянулся с Хагеном. Он кивнул:

— Смогём! — эк он у бати словечек нахватался.

— Тогда, как вы прыгнете, мы в атаку пойдём, а вы со спины, гут?

— Сам ты гут!

Из княжеского шагохода грянул ржач. Всё бы им ржать оболтусам, а если завязнем? Будем как бесплатная мишень. Хотя если получится, то гарантированный минус один.

Пока я мысли сомневающиеся гонял, Душнила дисциплинированно разгонял шагоход. Ну и я подключился, с пением-то. Ох, мы летели, ядрёна колупайка! Какие-то ветки по корпусу лупят! Под опорами кусты хрустят!

Хаген вывел нас на прямую к «озеру».

— Шпрунг!

И мы полетели. Низенько-низенько, как те крокодилы из любимого всем африканским корпусом анекдота. Там ещё про красные глаза слонов… Господи, опять всякая чушь в голову лезет! Так вот. Летели мы, может и низенько, но мать его, быстро, пиштец просто. И таки перелетели!

«Пантера» плюхнулась в грязь почти у самого берега. Разбрасывая комья грязи и брызги, Хаген повёл её в обход холма. Мы вылетели к самому началу схватки «4-а» и зелёного шагохода.

Всё-таки, Сокол — виртуоз. Вот как так можно? Он умудрялся закрываться палашом — палашом шагоходовским! — от выстрелов из вражеского главного! Ну, допустим, палаш шириной чуть меньше метра, и для обычного человека — отличное укрытие, но это же средний, мать его, шагоход! Это как если бы я шашкой отбил пулю! А я лично видел, как Серго чуть присадил шагоход, и Иван прикрылся стальной пластиной от выстрела, а потом Петя в ответку влепил в шваба очередь из крупняка. Ну и мы к тому моменту подбежали.

Я рубанул стоящего к нам (опять!) спиной. Как дал ему в опору! На этот раз от души, в сустав. Зелёный шагоход покачнулся и рухнул в грязь.

— Следующего! — заорал в люк Иван, когда мы оббегали княжеский шагоход.

Я только кивнуть башкой успел. А Хаген, так вообще ничего не ответил. У него похоже опять фуражку сорвало. Вон, на пару с Фридрихом какой-то гимн орут.