Книга Маша и Медведь 3, страница 55 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— Вы не учитываете, что это снова могут быть колдовские штучки…

Сквозь панорамное остекление мостика было видно, как в свете желтоватых огней перемещаются и суетятся члены команды.

Александр Петрович принял решение:

— Всем матросам, курсантам и офицерам без исключения: привести себя в надлежащий вид. Установить порядок дежурств в госпитале и на восстановительных работах. В остальное время — обед и отдых. Попытки проломить скальную породу прекратить.

В ПОПЫТКАХ УСТАНОВЛЕНИЯ СВЯЗИ. МАША

Очень трудно починить что-то, что устроено неизвестно как. Да ещё и на неизвестном вам языке. Но мы честно пытались, руководствуясь скупыми надписями, которые исправно переводил Баграр.

Для начала разнообразие сводилось к минимуму. Мы имели четыре одинаковых таблички с надписью «ПОДТВЕРДИТЕ ПРАВОМЕРНОСТЬ ДОСТУПА».

— И каким образом мы должны это сделать? — живо спросил профессор Попов.

— Есть несколько стандартных в многих мирах процедур, — научно-лекторским тоном откликнулся Баграр (полагаю, он разговаривал так специально; по крайней мере, степень доверия к нему профессорского состава росла на глазах). — Первая и простейшая: приложить или вставить некий открывающий доступ предмет. Поскольку артефакта у нас нет, этот путь для нас в любом случае перекрыт.

Вся делегация неуверенно затопталась.

— Однако! Могу вас утешить: гнездо для вставки печати или иного замка отсутствует не только во внешнем плане, но и во внутреннем, из чего с вероятностью до семидесяти шести процентов можно сделать вывод, что доступ открывается не ключом.

— А чем же? — нетерпеливо спросил профессор. — И что вы видите из недоступного нам, мой друг?

О, уже «друг»! Баграр особого вида не подал, однако ему тоже было приятно.

— Вижу по центру каждой таблички активную зону. Предполагаю, что она может быть настроена на считывание лица (возможно — глаза) или отпечатка руки.

— Так чего же мы ждём⁈ — профессор подпрыгнул мячиком и подскочил к ближайшей табличке. — Я готов быть естествоиспытателем!

Никто ничего не успел сделать, как профессор, в силу своего разумения, выполнил полный комплекс идентификации: присел перед табличкой, чтобы лицо оказалось прямо напротив её середины, оттянул нижнее веко, выпучив на табличку глаз, и в довершение приложил к значкам руку.

На первый взгляд ничего не произошло, кроме того, что Баграр всплеснул лапами:

— Господин Попов! Милейший! Нельзя же столь опрометчиво! А если бы вас ударило защитной формулой?

— Это вряд ли! — махнул тот рукой. — Сколько мы тут ползали, все стены общупали, никого ни разу не щёлкнуло.

— Обратите внимание, надпись изменилась! — отметил Леонид.

— Позвольте! — Виктор Иванович бросился зарисовывать. — И что это означает?

— «ЭНЕРГЕТИЧЕСКИЙ ПОТЕНЦИАЛ ОПЕРАТОРА БЛИЗОК К НУЛЮ. ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ НЕВОЗМОЖНО», — перевёл Баграр. — Очевидно, имеется в виду маго-энергетический потенциал.

— Интересно, — сказал Леонид и тоже приложил руку к табличке, рядом с которой стоял. — Действительно, меняется после прикосновения.

— Секунду, молодой человек, сличим! — заторопился Виктор Иванович со своим блокнотом. — Господин Баграр, прошу вас обратить внимание! Здесь другие слова!

— Неужели? — удивился Баграр. — Ну-ка. Хм… «КЛАССНОСТЬ ОПЕРАТОРА НЕДОСТАТОЧНА».

— И что это значит? — Леонид посмотрел на Марусю, потом на Баграра.