Книга Пожарский 3, страница 42 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— А-а! — давление ослабло, словно мыльный пузырь лопнул. — Она тоже почувствовала, м-хм. Старушка хочет присмотреть, что ж… — у Фарида после этих слов от ужаса чуть сердце не остановилось, но тут Кощей осчастливил его согласием: — Хорошо, молодой человек… как вас зовут?

— Фарид!

— Фарид, я возьму вас с собой. Если вас не смущает дикий предрассудок об опасности перемещения порталами.

Портальные перемещения мало кому удавались, а о тех, кто был способен, поговаривали, что они трогаются умом. Но не за один же раз, наверное?

— Я готов! — постарался изобразить максимальную бодрость Фарид.

— Вот и отлично. Отправляемся.

Кощей поднял руку, и тут из-за фонтана высунулась крошечная трёхцветная мордочка.

— Мяу! — пропищал котёнок и заковылял к Кошу.

— Ах ты, хитрюга! — Кощей присел и посадил котёнка на ладонь, пригладил взъерошенную шёрстку. — Эк тебя угораздило! Хочешь со мной?

Котёнок тоненько пискнул и начал тыкаться архимагу в ладонь.

— Заход с козырей, — усмехнулся Кощей. — Надо было предполагать, что старый целитель, столько лет работающий со смертью, имеет некоторую слабость к кошкам. Всё-таки, мало в мире существ, способных путешествовать по изнанке миров.

Он сунул котёнка за пазуху и кивнул Фариду:

— Идём.

* * *

С понедельника мы в кардиологии на обследовании, главы будут: вторник, четверг, суббота, в силу нехватки времени. Воскресенье под вопросом. Всем спасибо за понимание!

МАТЬ ИМПЕРАТОРА

Они даже не заскочили в посольство и летели несколько часов подряд, пока под брюхом у Змея не показались отроги Уральских гор. Тут, возле небольшого родничка, Хэби сделал остановку, развёл костёр и позволил девушкам отдохнуть. Еды у них не было, циновок и ковров тоже, так что сидели обе на тёплом змеевом хвосте.

— Хорошо хоть, в доме Пожарского нас накормили, — проворчала Момоко.

— Да уж, стол был заставлен, словно в последний раз, — грустно улыбнулась Сатоми.

— Как всё по-дурацки вышло! — Момоко не оставляла досада. — Я не доросла совсем немного. Если бы не это падение, я бы уже забеременела… А теперь что⁈ Как мы предстанем перед отцом?

Сатоми сунула в костёр прутик с раздвоенной вершинкой и теперь смотрела, как на кончиках разгораются маленькие язычки огня.

— Ты никого не родишь…

— Что?.. — потерянно переспросила Момоко.

Хэби, не перекидываясь в человеческую форму, почти испуганно развернулся к девушкам и придвинулся очень близко к Сатоми:

— Что ты говоришь, девочка? — Сатоми молча протянула ему ладонь, старый змей приник к ней лбом и потрясённо уставился на серьёзную принцессу: — Но как⁈

Она пожала плечами:

— Я не знаю, как так вышло. В последнее время я иногда вижу… тени будущего…

Да, как сегодня. Что-то толкнуло её взять кисть и вывести над кроватью то послание, хотя Момоко как всегда нетерпеливо покрикивала от входной двери. Сатоми видела, как её единственный мужчина стоит рядом — только спустя несколько часов — и хмуро смотрит на надпись.

Пламя жадно лизало прутик. Одна из веточек, потоньше, прогорела и упала в костёр пепельным кусочком, оставив после себя лишь обугленный пенёчек. Зато загорелась следующая, пониже.

— Я видела. Я рожу сына и отдам ему всю свою силу. До капли.

— Сатоми, что за бред? — раздражённо спросила Момоко. — Зачем всю? Какой смысл?