Онлайн книга «СССР: вернуться в детство 5»
|
Кстати, про еду. В угол салона закатилась пластиковая двухлитровая бутылка кока-колы. Ух ты, уже пластиковая! А в Союзе пока всё в стекле. Поболтал. Пить не рискнул — мало ли, дрянь какая специально для меня подмешана? Содрал с каталки простынь, намочил тряпку в этой газировке, привёл стёкла машины в относительно приличный вид, наскоро протёр внутри, особенно подголовники сидений. Обошёл вокруг, пятен нет. Каталку выкинул в те же кусты, что и трупы. Брякает, гадина. Напялил очки. Кепку бы ещё, рожа больно детская. Вырулил на трассу. Дорога была не из самых больших, так что я развернулся прямо через двойную сплошную. Хер знает, что она здесь обозначает. В любом случае, камер нет. А если вдруг и есть, пусть владельцы получат штраф, пофиг мне. И втопил в противоположную первоначальному направлению сторону. Отъехать подальше, а там можно и с картами разбираться. Как скоро будет повторная связь, учитывая, что четверть часа назад всё было «о-кей»? Как скоро меня хватятся? А ещё нужно было рассчитывать, что через час-полтора навалится откат, с трясучкой и вот этим вот всем — всё-таки, не каждый день я людей убиваю. Час в запасе есть, уж свой организм я знаю. Я криво усмехнулся. Та единственная, способная вывести меня из себя в полщелчка, находилась сейчас на другом конце Земли. Надеюсь, у неё всё хорошо. 06. НЕПРИЯТНО, БЛИН ЗАСВИСТИШЬ ТУТ… Олька. Место неприятное. Время… в наличии. Самое отвратительное — тошнота. Подозреваю, что поначалу меня и рвало, пока было чем. Реакция моего организма на эту дикую химозу вполне предсказуема. Потом ребёнка, как положено, обтёрли, но отвратительный запах прилип к волосам, прямо фу… Надо как-то абстрагироваться, иначе ну это же невозможно. Ещё и хлоркой воняет… Я слегка приоткрыла глаза и упёрлась взглядом в изножье кровати из гнутой металлической трубки. Через проход справа стояла такая же кровать. За ней ещё, рядами. Я слегка повернула голову в другую сторону и увидела ещё кровати, на которых лежали или сидели девочки, дверь и санитарку во всём белом на табуретке. Видимо, ей полагалось непрерывно бдеть, но тётка что-то писала в газете. Кроссворд, поди, решает. Экспозицию довершали неотъемлемые изумрудно-зелёные «успокаивающие» панели масляной краской с креативными крупными цветочками. Кто-то старательный рисовал. Вон, даже пчёлки… Девочки, поголовно наряженные в пижамки с мячиками, выглядели отсутствующими. Некоторые сидящие были поверх пижам замотаны в такие, знаете, смирительные рубашки с длинными рукавами, завязанными на спине. Некоторые нет. Это, наверное, только для буйных? Я хотела почесать нос и поняла, что руки ограничены в движениях тряпочными петлями, накинутыми на запястья. Да и ноги тоже. По ходу дела, все лежачие так… Пришлось почесать нос о плечо, да и хрен бы с ним. Я припомнила передачу с Марией Бутиной, которая просидела несколько лет в лютой пиндосовской тюрьме, и чтоб не свихнуться, придумывала себе интерьеры и занятия внутри головы. Но углубиться в эту тему не вышло. Санитарка каким-то образом почувствовала мои эволюции сквозь газету и подошла: — Ну, чего возишься? Мда, я бы тоже, наверное, смотрела с неприязнью, если бы моей сотруднице ножик в ногу воткнули… — Просто почесала нос, — абсолютно ровным голосом ответила я и начала смотреть на блестящую дужку кровати. |