Онлайн книга «СССР: вернуться в детство 6»
|
Двадцать второго мая Женя отвёз маму в роддом, и к вечеру мы были осчастливлены новостью: в семье прибавилась Арина Евгеньевна, три пятьсот, пятьдесят два сантиметра, кушает, спит, всё отлично, молодец вообще. Двадцать восьмого я сдала экзамен на права — закрыла гештальт огромного размера! Тридцатого из роддома привезли маму с Аришкой — и всё, осталось только дождаться, пока пройдёт последняя Вовкина экзаменационная десятидневка, итоговые страшные испытания дронов, обсуждения которых у меня уже в ушах навязли — и каникулы! По крайней мере, я очень на это надеюсь. БОЛЬШИЕ УЧЕНИЯ. ВЫДВИГАЕМСЯ 8 июня 1988, среда Вова И вот он настал — день «Ч». Героические шаманские пенсионеры меня уверили, что участвовать в предстоящих полевых учениях (или правильнее было говорить «испытаниях»?) будут «те, кто нужно». Ну, что ж, посмотрим, кого наше доблестное руководство пригонит. В армии до конца расслабляться никогда нельзя. Да и в любой сфере, если так подумать. Человеческий фактор, мать его. Придёт какому-нибудь верхнему начальнику блажь вместо нормального специалиста бездаря-родственника/сына подруги прислать — и всё, привет ромашке. Надеюсь, что в моём случае подключены достаточно серьёзные люди, чтобы подобного не произошло. После завтрака мы с Маяком сидели на ящиках. — Готовы, бойцы? — Так точно, товарищ прапорщик! — Ну — добро, добро… Васин отошел в сторону, закурил. Скомкал пустую пачку, кинул в урну. Из располаги вышел капитан, жестом попросил сигарету, прапор развел руками. Гробовченко тихо матюкнулся. Чего они все нервничают? Ну, проверка. Дальше Сибири не пошлют, меньше медали не дадут… В самом худшем случае — лажанёмся. А вот если нет, то будет СССР, как всегда, впереди планеты всей! Я присел на ящик с пультом. Вчера все наши «изделия» упаковали в серые фанерные ящики без опознавательных надписей. «Для соблюдения секретности», как сказал прапор. Но пультовый ящик был маленький, заметный. Погода нашим целям благоприятствовала. С утра прошёл меленький дождик, а сейчас он прекратился, и по небу тянуло низкие тучи. Было сыро и мрачно. Но это и хорошо, когда на небе серо — меньше заметно будет. — Чё, Мелкий, справимся? — Маяк нервничал, уже в сотый раз перекладывая наши коробки. — Не кипишуй, Маяк, всё путём будет. Сколько уже на тренировках проверяли? Да не тереби ты багаж!.. — Проверяю, ничего не забыли, — он кривовато улыбнулся. — Ну правда, такие звёзды приехали, чёт мне очково. — Расслабься. Всё будет штатно. — Тебе легко говорить, у тебя вообще, походу, нервов нет. — Есть, есть. Всё у меня есть. Успокойся, тебе говорю. Поздняк метаться, вон автобус уже за нами. Из-за угла показался КАВЗ, покрашенный в стандартную защитную зеленую краску. Маяк подорвался, принялся поправлять форму. Вот у него мандраж! Как бы он чего под влиянием нервов не накосяпорил, надо будет проследить. Подошёл капитан. — Готовы? — и этот туда же. — Так точно, тащ капитан. Всё «изделия» на сто рядов проверены, батарей десять сменных комплектов, оптика отъюстирована. Так что, тащ капитан, не извольте беспокоиться, всё пройдёт штатно. — Ты мне эти белогвардейские замашки брось, Петров! — Есть бросить! Гробовченко впервые за утро улыбнулся. Всё-таки эта неделя им всем здорово нервы потрепала. |