Книга Записки кельды, часть 2, страница 13 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

С водой было тяжелее. Валя покраснела, по лицу струился пот. За те же три минуты едва удалось снизить температуру в ведре на пятнадцать градусов. С учётом естественного остывания — ещё меньше.

— Так, мать! Вот тебе и направление тренировок. Учиться, учиться и ещё раз учиться!..

— Как завещал великий Ленин… — эхом откликнулась Валентина.

Приятно всё-таки, когда твои шутки и цитаты понимают.

Подневольные притащили первый стол. Валя засуетилась:

— Ой! Чего я сижу-то! Завтрак же скоро!

— Да не клопочись! Половина до обеда продрыхнет! И вообще, сперва в погребе проверь, может что осталось.

Валя понеслась, а её место немедленно занял выбежавший из кустов счастливый дед, вымокший просто до нитки. Даже кепка.

— Ну, рассказывай!

— Короче, тема такая. Могу плыть без вёсел.

— Типа силой мысли?

— Ага.

— А чего мокрый?

— Да, решил, понимаешь, с места рвануть красиво, — дед засмеялся, закрутил головой.

— М-гм. И в воду улетел?

— Но.

— А лодка?

— А лодка, ты представляешь, без меня остановилась сразу. По инерции может метра три проплыла.

— И ты таким макаром любое судно можешь двигать? Или только маленькую лодочку? С грузом-без?

Этот взгляд был просто бесценен.

— А есть на чём проверить?

— М-м-м… Вот там где вы с Галей первую лодку брали, должна лежать упакованная шестиместная. Поищи. Мелких можешь насадить для проверки, только спасжилеты на них надеть надо. Там же рядом всё это должно быть.

Побежал, побежал!

Вот и второй стол приехал. Надо всё-таки что-то с этим пианином (простите мой колхозный) придумывать. Попортится ведь на открытом воздухе. Жалко.

Примчалась Валя. Оказывается, осталось немного картошки и риса, из которых она сразу начала варганить какие-то чу́дные запеканки.

Я домывала остатки посуды.

Приползла Галя, налила себе попить и села за стол напротив:

— Ма-ать… Полечи меня…

Внутренне тянусь к ней.

— Ух ты! Это ты? Ты на расстоянии можешь? — эту фразу в разных вариациях мне сегодня предстоит услышать примерно ещё сорок раз.

— Теперь могу. Что-нибудь не очень сложное, типа похмелья.

— Круто!

— Ты мне скажи: откуда столько вина взялось? У кого-то подпольный склад что ли был?

— Да не-е-ет… Это всё дед с этим, синим…

— Оссэ?

— Ага.

— Так-так, с этого места поподробней, пожалуйста!

— Ой… Короче, дед и Оссэ соревновались кто кого перепьёт.

— Это я уже в курсе.

— Ну вот. Это уже под утро было. Я хотела маленько со столов убрать, а они выпили, ты представляешь — всё, что осталось крепкое! И давай у меня ещё просить. Я говорю: нету, хотите я вам компота налью?

— Ну?

— А этот Оссэ говорит такой: фигня это всё, тащи бутылку с водой! А все маленькие бутылки Киря уже унёс, я и налила в пятилитрушку. Он грит: вот так делай, смотри, — Галя провела рукой и вода в её кружке покраснела. — Ой!

— Та-а-ак…

— Короче, они хотели коньяк, а у меня выходило всё вино. Сперва красное сладкое. Потом в другой бутыли — красное несладкое, — меня начал разбирать смех. — Потом белое. Потом ваще шампанское! — я начала неостановимо ржать. — Ну блин всякое вино, восемь бутылей! Потом пришла Эйра, сказала, что вино хорошее и одну бутыль унесла. А деду с Оссэ велела спать, потому что уже перебор.

— Всё?

— Ага. Они вырубились прям сразу. Красное сладкое у меня лучше всего получается, попробуй.