Онлайн книга «Пока летит монета»
|
Здесь девчонки обычно сворачивали направо, а она хотела пойти налево — там меньше хожено, больше шансов… О! А вон и добыча! На противоположном краю прогалины валялось несколько обломков довольно толстых сучьев. Спасибо ветру! Тропинки туда не было, и Изуми проваливалась уже выше колена, бороздя снежную целину и опасаясь потерять в сугробах тряпочные обмотки, которыми были утеплены голени. Она добралась до вожделенной цели, пыхтя и отдуваясь. Отличные дрова! Ветка огромного дерева, сама похожая на молодое дерево, не просто отломилась, она ещё и треснула на несколько частей, и некоторые были как раз такими, какие может протащить с полкилометра по снегу голодная шестнадцатилетняя девушка. Тяжело будет, конечно. Зато потом тепло! Изуми примерилась: как бы половчее схватить кусок валежины — и замерла, согнувшись. За деревьями мелькал рыжий мех! Лиса!!! Затаив дыхание и стараясь быть как можно незаметнее, она опустилась на четвереньки и поползла по снегу, щурясь, силясь разглядеть за ветками… Лисёнок был маленький. Ну… не совсем такой крошечный. Подросток, наверное. Хвостик уже не тоненький, а довольно пушистый. Зато мать! Мать была просто великолепная! Крупная белая лисица, настолько ослепительно-белая, что мех её отливал голубым. Странно, конечно, что они были такие разные. Папа рыжий был, наверное? Немного понаблюдав, Изуми пришла к выводу, что лисёнок был девочкой. Что-то такое в движениях… Взрослая лиса учила мелкую мышковать. Они стояли рядом, вслушиваясь в снег, а потом большая высоко подпрыгивала, как-то так группировалась в верхней точке прыжка и ударяла в снег передними лапами. Обе утыкали морды в снег и некоторое время там копались, после чего большая выжидающе смотрела на маленькую, и та начинала самостоятельную охоту. Некоторое время у маленькой лисички ничего не получалось. Она торопилась и… суетилась что ли. Большая показывала ещё раз. Снова маленькая. От неподвижного лежания Изуми начала замерзать, но уйти никаких сил не было. Наконец маленькая лисичка словно взяла себя в руки и сосредоточилась, она постаралась всё сделать правильно, подпрыгнула и воткнулась в снег так, что остались торчать только болтающиеся задние лапы и хвост. Лапы забавно задрыгались, отыскивая опору, мелкая охотница извернулась, вытаскивая себя из снежной ямки… Получилось! Во рту у лисёнка была мышь! Точнее, видно было только заднюю часть мыши с растопыренными лапками и тоненьким серым хвостиком. Рыжая мордочка лучилась торжеством. Голубая лиса села на задние лапы и засмеялась, а потом воскликнула: — Молодец, Ёсико! У Изуми перехватило дыхание. Ёсико? Это — Ёсико⁈ Рыжая лисичка тем временем расправилась с мышкой и заскакала вокруг взрослой. Голубая лиса поднялась и отряхнулась, от чего её хвост на мгновение превратился в пышную голубую хризантему, и большими прыжками скрылась за ёлками. Маленькая убежала за ней. Руки у Изуми разъезжались в снегу. Она боролась с этим снегом, превратившимся вдруг в снежное месиво, пытаясь выбраться на лисью поляну. Горло сжимали спазмы и слёзы. За ёлками оказалась ложбинка, и Изуми провалилась в снег почти по пояс. К тому моменту как она, наконец, выбралась на место подснежной охоты, лис, что называется, и след простыл. Но следы остались! Следы, уходящие в густой заснеженный ельник. Бесполезно же бежать… Разве человек догонит кицунэ? Застрявшие в горле слёзы прорвались хриплыми рыданиями, и Изуми отчаянно закричала: |