Книга 95-й. Сны о будущем прошлом, страница 160 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— Я люблю тебя, радость моя.

И мне казалось, что наш шёпот разбегается эхом в отражениях времени и пространства.

Вместе.

Навсегда.

Я ДОМА. МОЖНО РАДОВАТЬСЯ?

24 апреля 1996, среда.

Нас отпустили домой. В смысле — меня отпустили, обширный дохтур в белом халате с пуговицами вынес вердикт, что я в поряде. А Вовку отправили со мной. И всё получилось довольно ловко, потому как не успели нам выписку вручить, а тут как раз папа приехал меня проведать — а я домой собираюсь. Он нас вместе и довёз, раз такое дело.

Охранники куда-то исчезли. Слились с пейзажем, я так подозреваю.

Дома уже знали, ждали нас с накрытым столом. Мама пребывала в некоторой прострации. Если папа как минимум предполагал какие-то нестандартные связи и взаимоотношения с определённым кругом лиц (в конце концов, он меня дважды в поездках сопровождал), то для мамы экстренное водворение меня в отдельную палату, размещение рядом охраны и вот это вот всё стало некоторым шоком. Настолько, что она, по-моему, опасалась со мной разговаривать на эту тему. Ну, знаете, типа «меньше знаешь — крепче спишь».

А вот бабушка была просто рада, что я вернулась. Плакала, встречала нас пирожками. Боже мой, ей же стоять у плиты трудно… Короче, я тоже плакала, все расчувствовались, обнимались и рассказывали, как они дружно испугались и переживали.

Пока сидели — зазвонил телефон. Вову, какое-то его армейское начальство. Я прислушивалась из-за стола, пыталась угадать, что происходит. Он заглянул в зал:

— Любимая, меня вызывают в ИВВАИУ.

— Срочно?

— Да, я поехал.

Отец поднялся:

— Так давай, я тебя подкину, мне тоже уже пора.

По-любому, отдельно поговорить хочет.

Я выползла из-за стола в коридор:

— Вов, ты вернёшься сегодня?

Он обнял меня, прижался щекой к макушке.

— Я даже не знаю.

Да блин, когда кончится уже эта армия…

Папа дождался своей очереди, обнял меня тоже:

— Ну всё, доча, пока.

Мама с Василичем тоже как-то вдруг засобирались, и остались мы с бабушкой вдвоём. Посидели обнявшись, погоняли чаёв, а потом баба как-то враз устала. Силы, видать, кончились. Я отправила её полежать, постояла посреди зала и решила, что настало время разгребать завалы.

Во-первых… Во-первых, институт. Поигрались, и будет. Я позвонила на кафедру, попросила соединить меня с деканшей.

Филимоновна была в своём репертуаре. Сурово выразила мне сочувствие. Я прям представила её строгое лицо с небольшой складочкой между бровями.

— Я так понимаю, Оля, вы пока дома?

— Да. Прописан домашний режим.

— М-хм, м-хм… Хотите оформить академический отпуск?

— Напротив, хочу подать заявление на сдачу текущего и последующего курсов экстерном.

Мда, редко кому удавалось удивить Филимоновну. Однако не та она была дама, чтобы хлопать крыльями. Помолчала секунд пять — да на этом и всё. Уточнила только:

— Вы уверены в своих силах?

— Процентов на восемьдесят семь. Согласно секторной логике, это является гарантией результата.

— М-хм… — я практически увидела, как она кивает, — В таком случае нам нужно определиться с темой диплома.

— Тема определена — собственно, то исследование, которое побудило меня перевестись с филфака на дошкольное. Да и работа уже написана. Мне, фактически, нужен только официальный рецензент, а руководителем можете вписать любого преподавателя, кого вам удобно.