Книга Лох с планеты Земля, страница 71 – Евгений Синтезов, Виктор Стогнев

Вот именно, что казалось. И ничего ведь особенного мы там поначалу не увидели, обычная комната, каких полно на Земле…

Как на Земле! У меня что-то заныло, сжалось под рёбрами — мы присели на краешек кровати, притихли, глядя на самый настоящий закат за окном. Макс подошёл поближе, провёл пальцем по оконной раме.

— Отойди, — раздражённо сказала Мари, — не загораживай!

— Извини, — Макс отступил на пару шагов, — я только хотел спросить, что это за лента наклеена на картинке?

— У нас сейчас уже осень, — печально ответил Сёма, — заклеил, чтоб не дуло.

Мы одновременно обернулись к нему, Макс переспросил. — Что не дуло?

— Чтоб не дуло холодом из щелей, — грустно поведал Сёма, — это традиция у нас такая, называется «клеить окна».

Мы сочувственно покивали-повздыхали, традиция — это можно понять, это очень хорошо, что Сёма так держится древних традиций своего народа, какими бы странными они не казались.

— Извините, — Сёма вынул стаканы из шкафа, роздал, — стола у меня нет, и где бы его раздобыть, вообще не представляю. Пока всё на весу.

Макс посмотрел на него насмешливо, грустно улыбнулся. — Буханка, сделай стол.

Мы едва успели поджать ноги — искин иногда так шутит, палуба разошлась, оттуда выдвинулись плоские такие штуки цвета «металлик», несколько раз пересложились — с излишней, по-моему, помпой Буханка воздвигла столик.

Сёма, чем-то недовольный, поморщился, — секундочку.

Метнулся в санузел, вернулся с тряпочкой, принялся протирать столешницу.

— Роботы, трансформеры, это, конечно, хорошо, но мы ж по нему только что ногами ходили!

— Натоптали, угу, натащили грязи с улицы, — согласился Макс. — Здесь даже пыли нет, Сёма. Воздух непрерывно фильтруется.

— Может, вам и всё равно, — не растерялся Семён, придирчиво оглядывая результат своей работы. Потёр только ему одному видимые пятнышки, — но у нас даже сидеть на столах не принято, не то, что ходить. Разве что можно плясать по большим праздникам очень красивым и очень пьяным девушкам.

— Мы не пьём, — угрюмо заявила Мари.

— Молодцы! — одобрил Сеня, вернулся к шкафу и достал так знакомые по земной жизни большие бутылки!

— Кока! — Захлопали мы в ладоши.

Сёма, улыбаясь, как именинник, свернул пробку. — Не угадали. Но тоже одна химия, вкус подбирал на память.

Он аккуратно наполнил стаканы, быстро выросли шапки пены, по стенкам побежали капли. Мы поспешно подхватили бокалы, погрузили в пену носы — ммм! Вкус показался тем самым, земным, я не могла оторваться, пока в нос не шибанули газы, — фуй!!!

— Фуй! — Макс и девочки мотнули головами, у подружек смешно упали чёлки на глаза.

Мы чинно поставили стаканы, поправили причёски, кроме Макса, конечно, — то, что у него на голове не поправишь, только под ноль сносить. Я первая надорвала обёртку шоколада, Мария с Лилит тоже сосредоточенно зашуршали, Макс гулко сглотнул слюну.

Пока во рту таяли первые кусочки, на него никто не обращал внимания, и вообще нам стало ни до кого. Я очнулась первой — заметила взгляд Семёна. Насмешливый, как обычно, и странно грустный, отчего-то даже смутилась. Отвела взгляд, увидела трагическую физиономию Макса, отломила кусочек, — на, не плачь.

Протянула руку высоко над столом, немного неуклюже, хотела его чуть-чуть подразнить, а он вцепился двумя руками в моё запястье и схватил шоколад ртом. Съел быстро, Мара подняла кусочек, зажав двумя пальцами, — а ну-ка совсем безрук!