Книга Руны на шевронах, страница 25 – Виктор Стогнев

Господи! Как я её, оказывается, любил! Понял это только сейчас! Даже убрав на минимум функцию размножения, а оно совсем не ноль, как мне подумалось вначале! Вот даже на минималках её уроки стали для меня сладкой мукой и наградой.

Хотя, боюсь, что все ребята нашей группы в неё влюбились — женщин же нет, а Катя реально симпатичная, фигуристая девчонка. И нужны ведь пацанам какие-то стимулы для преодоления тягот.

Мы в группе крепко сдружились. Что ещё остаётся делать, когда спишь в одной казарме, вскакиваешь за минуты, стоишь в одном строю на зарядке или на строевых занятиях, ешь с ними за одним столом и старательно морщишь лоб на одних уроках. Лучше излучать любовь к ближнему, даже если ближний готов перегрызть тебе глотку.

Конкуренция жуткая. Ежеминутно вбивается, что мало бежать быстро — нужно бежать быстрее товарища. На каждом уроке преподаватели, даже Катя, назначает самого, на их взгляд, неактивного курсанта, и выписывают час строевой подготовки. Поэтому все всё знают, и на любой вопрос учителя лес рук.

Строевая в будни случается вместо часа из тех двух, что выделяются для самоподготовки. Катя отчего-то в лузеры через урок или два записывает меня. Несмотря на мою активность. Я даже руку перестал тянуть. Зачем, когда и так всё по предмету знаю. Всё равно, раза два-три в неделю тяну носок.

Я быстро научился во время шагистики «думать о своём». То есть не жалеть себя, не думать, какой я стану крутой и всех их в бараний рог согну — вовсе нет. Просто каждый урок задают задачи, требуется всего лишь на переменах все условия правильно запомнить и на плацу решить в уме, чтоб потом за остающийся час только красиво оформить,

И делать это нужно незаметно, с непробиваемым выражением лица — а то ж запросто угодить на «индивидуальные» занятия. То есть всё то же самое, но под особым надзором дежурного ефрейтора. До ужина.

Это дополнительное удовольствие, а основное — когда по воскресеньям всем первым курсом готовимся к очередному параду. По три часа. У ребят старших курсов парады позади, у них другие задачи. И преподаватели же отдыхают, кроме физкультурников — у них текущий график.

Зато в воскресенья нет возможности загреметь на дополнительные строевые, и на самоподготовку даётся аж три часа! И ещё целый час личного времени!

Впрочем, его тоже тратим на самоподготовку.

Как, спрашивается, обошлось без нервных срывов? А преподаватели через одного вдобавок психологи. Проницательно глядя в глаза, просят зайти в медкабинет. А оттуда одним путём — в обычную часть приходить в себя.

Ну, мы же все под присягой! В Гардарике в мирное время служба добровольная, берут как раз с шестнадцати лет. Вот отслужит парень спокойно три годика, укрепит нервы, тогда командование может направить на обучение в обычное училище. А иначе, без направления командования, в училище не попасть.

И без всякого юмора спокойно отслужит! У них же только политзанятия, физкультура и специальная подготовка, то есть без всех этих дисциплин, главное — без этой бесконечной гонки!

У нас тоже каждое утро начиналось с физкультуры. Причём, зарядку с обязательной двухкилометровой пробежкой не считаем. Вот, значит, зарядка, завтрак, потом час политзанятий и до обеда сплошная физкультура. У первого и второго курсов разом! Вот когда Мише учёба показалась адом!