Книга Руны на шевронах, страница 58 – Виктор Стогнев

Дитрих склонился к уху профессора и зашептал:

— Мне бы выйти!

— А на возможные вопросы кто ответит? — неприязненно проговорил Штанмайер. — Терпи теперь, раньше надо было думать.

После торжественного парада я окунулся в боярские будни. Сразу от близости с Катей перешёл к делам. Официально позвонил в ректорат и попросил встречи. Мне ответили, что ректор примет боярина Большова завтра в десять до полудня.

Дальше завтрак. За едой я сказал Мухаммеду и Авдею, что они мне не всё рассказывают.

— Ну, так папка должен был тебе всё сказать, — уплетая яичницу с колбасой и сыром, резонно пробурчал Авдей.

— Тем более нечего было тогда говорить, — поддержал его Мухаммед. — Убил бы тебя тот поп, и всё на том.

— А сейчас? — терпеливо молвил я, отпив апельсинового соку.

— Да ты и без нас можешь узнать, — махнул вилкой Авдей.

— Я хочу услышать всё от вас, — сказал я твёрдо.

— Ну, — заговорил нехотя Мухаммед. — Думали все, что у бати твоего магия на пистолеты. Одни не верили, проверяли. Другие верили и проверяли его на шпагах.

— Пятеро бояр и тринадцать магов проверили, — добавил Авдей. — Похоже, что передалась тебе папина магия.

Катя, забыв жевать, переводила взгляд с одного на другого. Я учтиво протянул ей салфетку и сказал:

— Это хорошо, только тренироваться всё равно нужно.

— Насчёт шпаг к Катерине, — проворчал Мухаммед. — Мы только с пистолетами.

— И тебя учить пистолетам… — позволил себе улыбку Авдей. — Наше-то дело маленькое — просто поймать твою пулю. А дальше сам.

На это замечание я лишь важно покивал, Катя вытерла блузку, и далее завтрак прошёл в пристойном молчании.

Уселись мы на политинформацию в гостиной. Катя сменила блузу и успела сказать несколько слов по-английски, как пришла Миланья и сообщила, что звонит некий Серёжа, я должен его помнить. Вот он просится на немедленную встречу. Я велел ему передать, что жду его в течение часа, и Миланья вышла, а Катерина продолжила урок.

Вскоре к нам присоединился Сергей Жучирин. Миланья проводила его в гостиную, а я молча указал ему на диван. Серёжа тихонько прошёл на диванчик и принялся внимательно слушать Катю.

Она не просто так перевела всю свою подписку на мой адрес, почти два десятка европейских газет и журналов. Когда Миланья их увидела, смогла только горестно вздохнуть, выразиться словами ей воспитание не позволяет.

Катерина всё обязательно просматривает и читает кое-что, если хватает времени. Её политинформация не содержала в себе официального мнения совета княжеств по выработке мнений в частности и вообще идеологии.

Катя для начала просила нас представить себя обычными европейцами и давала нам европейскую картину мира. А потом озвучивала немного статистики. Какая, примерно, доля публикаций касается Гардарики. Сколько среди них информации позитивной, нейтральной и негативной. И преподносила ту же статистику в динамике, по месяцам и по годам.

Авдей с Мухаммедом выражали приличную скуку, они не всё понимали по-английски, потому в целом с Катей соглашались. Катерина от них большего не требовала — присутствуют мужики и на том спасибо.

Я же слушал её с интересом, хоть и тоже с непробиваемым лицом. Всё-таки забавно узнать, как изменился мир за какой-то месяц! Хотя он и не изменился — мир, походу, никогда не меняется.