Книга Руны на клинках, страница 164 – Виктор Стогнев

Выход в подземелье зачем-то заколотили и задвинули мебелью, пришлось подождать на кухне, где недавно произошёл взрыв. И спросить ведь уже некого, оставалось строить догадки.

Наконец, Витя доложил, что грузовики и броневики взорвали, и расчистили проход под землю. Бойцы получили по ящику или коробке, а некоторые даже по две, голых французов тоже нагрузили, а я как уставший могу участвовать в их конвоировании.

Ну, даже дисковый автомат легче ящика тушёнки, и я с Витей согласился. Направились под землёй прямиком к себе. Однако за всеми делами пролетел целый день, вышли на базу уже в сумерках.

Сразу отпустили голых французов к своим, по ним уже по традиции открыли огонь соотечественники. Спастись мог только маг. Бедные солдаты головы ломают, почему это из окружённого дома, который по всем данным обороняют девушки, регулярно выбегают голые мужики, так, может, маг им объяснит.

Витя раздал равную долю трофеев. После несложных расчётов выходило, что бардак приносил владельцам почти по миллиону франков в день! Нормальненько! Хотя надо ещё вычесть за продукты, долю военного начальства, другие накладные расходы. Вот и в прошлый раз получилось меньше, наверное, сдавали кассу.

Я решил, что доход не покрывает рисков, проще публичный дом грабить, чем содержать. И благороднее. Далее собрался лечь пораньше, всё равно в голове варится какая-то ерунда. Съел две банки тушёнки с пачкой галет, да Коля угостил салом, зарылся в тряпки на полу и сразу уснул.

* * *

Проснулся утром от близкого взрыва гранаты за окном и крайне нецензурной тирады дородной Оксаны:

— Эти… европейцы… совсем… на войне! Положить… в… ящик тушёнки… гранату!

Мдя. Теперь ещё и с вражескими консервами нужно обращаться осторожно. От этой мудрой мысли перешёл к делам по распорядку. За бритьём волшебным ножом прикидывал, что бы ещё такое захватить, чтобы там помыться хотя бы холодной водой. И вещи надо где-то стирать.

На завтрак получил запеченную в золе картошку, банку тушёнки и галеты. Коля угощал салом, и я подумал, что питаемся мы скудно, не по доходам. Надо отдельно сходить на рынок.

И прямо к утренней кормежке пришёл лично капитан Дымов в сопровождении пяти бойцов. Не, я гостям всегда рад! Просто чтобы одного меня прокормить, уже связано с риском для жизни, а капитан ещё и солдат привёл. Но делать уже нечего — обратно не прогонишь — и я суховато с Лёшей поздоровался:

— Привет. Почему не по рации, что-то случилось?

— Здорово, — ответил он и объяснил. — По рации всего не сказать, нельзя долго разговаривать.

— Тогда давай сначала поедим, — предложил я.

Дымов кивнул, и мы на четверть часа замолчали. Когда прихлёбывали кипяток из оловянных кружек, Лёша заговорил:

— Извини, Тёма, за школу. Просто не знал, чем тебя ещё занять.

— Так её не нужно было захватывать? — неприязненно спросил я.

— А вы её захватили⁈ — поразился он. — Я думал, что это невозможно!

— То есть всё-таки нужно? — уточнил я холодно.

— Вы лишили несколько дивизий французов общего командования и верхушки разведки, — сказал Лёша. — Есть пленные старшие офицеры?

— Ты не говорил о пленных, — пожал я плечами. — Всех убили.

— Ладно, и так, — проговорил он и отхлебнул из кружки. — А в целом у меня для вас ещё вчера кончились объекты, только сказать тебе не мог. Вы же отвлекали внимание…