Книга При чем тут руны?, страница 45 – Виктор Стогнев

Действительно быстро пресекли из пулемётов вертикальное перемещение противника, я дал своим парням команду «полная зачистка». Из «тигров» вылезают бойцы, из танков «рысь-2» тоже выпрыгивают танкисты с автоматами.

Я просто должен был отдать этот боярский приказ. Истребление врага, как половой акт, должно быть полным, лучше не пытаться его прерывать. И спрыгнул я на снег совсем не для того, чтобы что-то вякать парням под руку…

Гремят автоматы, взрываются гранаты — безжалостная охота продолжается. В «тиграх» тоже большинство экипажей из ополчения, их по идее мой приказ не касается, и они должны брать пленных. Только, по мнению парней, европеец сопротивляется и представляет собой опасность.

В каждой ситуации солдаты всё решают лично, и никто не будет разбирать их действия, если только при их попустительстве европеец не уползёт к себе живой, чтобы и дальше с нами воевать. С этого поля никто не ушёл обиженным.

Ко мне подошли командиры отрядов с докладом, что приказ выполнен, а ополченцы сами лезли в свои «рысь-2». Я сказал, что все молодцы, и отправил по машинам.

В своём «тигре» я включил рацию, надел наушники и сказал:

— Алё! Нефёдов! Большов на связи!

— И что? — отозвался тот.

— Мы тут закончили, — доложил я. — Теперь давай командуй.

— А! — делано обрадовался майор. — Тогда едешь к посёлку и охраняешь артиллерию. На месте я к тебе приду, обсудим атаку.

— Слушаю, — ответил я и выключил рацию.

Сопроводили мы пушки до назначения. Артиллеристы принялись устраиваться на позициях, отряд «тигров» встал в оборону. За нами подъехали «рысь-2», высадили десант, стали разъезжаться по своим рубежам, а от одного из танков в мою сторону направилась пешком высокая фигура в белом комбинезоне.

Я почувствовал довольно сильного мага, он тоже меня ощущал и шёл прямо к моему «тигру». Я взял рацию и полез из танка, встретил его на снегу. Он подошёл, откозыряв, чётко представился:

— Майор Нефёдов.

— Майор Большов, — сказал я, отдав честь.

Шлемофон закрывает волосы, но мужик явно меня старше, Можно сказать, что годится в отцы. В углах внимательных карих глаз насмешливые морщинки, кожа на лице опалена зноем и морозом многих полигонов.

Точно кадровый офицер, и майор, а я пусть и без своей кожи на лице того же звания и боярин. То есть у меня на армии свет клином не сошёлся. Хотя начальство явно знает, кого и кому подчинять.

— Тебя же звать Артём? — спросил он спокойным тоном, доставая карту из планшета. — Можно так к тебе обращаться?

— Можно, — сказал я. — А тебя как звать?

— Пётр Андреевич, — ответил майор, расстелив карту на броне «тигра». — Смотри, Тёма, это длинное посёлок. На западе станция, тянется он на восток. Его пронзает улица Лермонтова. Поперёк её пересекает семь коротких улиц с простыми названиями: «первая», «вторая», ну и так далее. Нумерация ведётся от вокзала.

Я тщательно считывал и запоминал обозначения.

— Пойдёте по моему сигналу за пехотой, твои «тигры» поражают вражеские танки, — продолжил Пётр Андреевич. — Прямой связи у вас с пехотой нет, и ждать специалистов для настройки раций уже не будем. Поэтому связь с пехотой у вас через меня. Так же стреляете по заявкам солдат и двигаетесь за ними с востока к станции.

Он улыбнулся и сказал:

— По идее можно начать и с неё, а посёлок тупо уничтожить огнём артиллерии. Где-нибудь в Европе так и будем поступать, а сейчас это же наше село, Тёма. Потому освобождаем максимально бережно и полностью. Это тебе ясно?