Книга Несравненный, страница 127 – Forthright

— Кого?

— Тех, кто подбирает пары, отправляет предложения, торгуется, высчитывает прогнозы. – Она вызывающе нахмурилась. – Никто из них не будет тратить время вестников.

— Никто не сможет сделать тебе предложение, потому что ты сделала его первой, – подхватил Кирие. – Хорошая стратегия.

— Мне тоже так кажется.

— Мне всегда казалось, что это дело сложное. Как ты нашла кого-то так быстро?

— Может, мне повезло?

Брат издал довольную трель:

— Ты заставишь меня угадывать или сама скажешь, кого выбрала?

— Это мои новости, – проворчала она. – Не слушай сплетни ветров.

— Я слушаю тебя. Скажи мне, кто завоевал твою благосклонность.

Лиле казалось, что это неправильное слово. Она бы не сказала, что склонна к кому-нибудь. Но возможно, он имел в виду благоприятные условия – что-то вроде везения.

— Я выбрала Тэмму-сана.

— А, его. – Кирие без колебаний заявил: – Он мне очень нравится.

Лиля испытала облегчение, услышав это:

— Думаешь, все получится?

— Ты этого хочешь?

— Да.

— Если он тоже этого хочет, то все получится.

— Я не уверена. – Лиля вспомнила, как был потрясен Тэмма и как поспешно попрощался. – Судя по тому, как он выглядел, он может отказаться.

Кирие держал Лилю за руку, пока не убедился, что она крепко спит. Только тогда он выскользнул из постели и пошел искать брата. Едва он вышел на улицу, рядом появился Зиса и указал дорогу. Гинкго был в убежище Собратьев. Примостившись между передними лапами Вьюги, он рассказывал о плавательном клубе Особняка.

Увидев Кирие, он навострил уши:

— Чего тебе, братишка?

— Я тут подумал. – Кирие протянул руку Вьюге и сел на солому. – Я бы хотел, чтобы меня оценили как наблюдателя.

Гинкго обнял его за плечи:

— Должен отметить очевидный факт. Мы не наблюдатели.

— Наполовину наблюдатели.

— Не поспоришь. – Гинкго вытянул хвост и положил на колени к ним обоим. – Значит… ты хочешь, чтобы кто-то не из нашей семьи – кто-то нейтральный – оценил твою наблюдательскую половину?

— Да.

— С какой целью?

Кирие привык излагать свои мысли четко, не прибегая к магии драконьих слов:

— Я бы хотел иметь рейтинг. Как еще я смогу понять, расту ли я?

— Допустим, я поверил. – Гинкго ткнул его носом. – Что еще?

— Я хотел бы знать мнение специалиста о моей классификации.

Гинкго фыркнул:

— Не нужно быть специалистом, чтобы понять, что ты страж.

— Что, если мои способности к символам объясняются моим амарантийским наследием? Лапис тоже мастер кристаллов, – тихо заметил Кирие.

— Может, Лапис и говорит от имени драконьих кланов, но его вряд ли можно считать типичным драконом. Возьмем, к примеру, Деву. Он не умеет рисовать символы, разве что самые простые. Помнишь, как Тимур его изловил? – Гинкго начертил в воздухе символ и отправил его вращаться под потолком. – Амаранты, принадлежащие к одному клану, различаются между собой не меньше, чем люди.

— Я понимаю, что оценка будет во многом умозрительной, – медленно произнес Кирие. – Но это не значит, что она не будет иметь никакой ценности. Оценка могла бы выявить скрытые способности, а я мог бы понять, на чем сосредоточиться в учебе.

Гинкго заглянул ему в лицо, и его взгляд смягчился.

— Блеск Стармарк обладает необходимым опытом и может высказать честное мнение, но я бы не рекомендовал тебе обращаться к нему.