Книга Одаренный, страница 152 – Forthright

Элоквент, должно быть, услышал его слова, потому что подхватил сонного Эвера и пригласил отца Кимико занять свое место.

Рядом с подножием Кусуноки стояла богато украшенная скамейка, окруженная обогревателями. Эвер радостно заерзал, устраиваясь на подушке, а затем перебрался на колени господину Миябэ. Элоквент набросил на них обоих меховое одеяло, которое лежало у него в рюкзаке, а затем поспешил на исходную позицию.

Это место было помечено, и Кимико стало интересно, кто именно позаботился изобразить алую хризантему на старинной брусчатке у их ног.

Она осмотрелась вокруг, и разговоры стихли. Людей и амарантов на церемонии было поровну, отчасти благодаря включению в список приглашенных Айлы и ее отца. Дайкон, выглядевший как заправский телохранитель, не отходил от женщин Миябэ. Мама сияла и вытирала глаза. Братья Элоквента смотрели на него с таким же выражением гордости. Дядя Лауд, отстранившись от остальных, прислонился к лоснящемуся громадине Райзу.

Роль Кимико не требовала ничего сверхъестественного. По правде говоря, произнести несколько фраз и чмокнуть парня она могла бы меньше чем за минуту. Но эта первая клятва нужна была, чтобы пустить пыль в глаза, поэтому она придумала, что ей сказать, чтобы продлить момент.

Медленно и глубоко вздохнув, она посмотрела на переплетение ветвей над головой. Здесь, на этом месте, после двенадцати поцелуев ее жизнь изменится. Нежданно-негаданно и все же по ее осознанному выбору. И по выбору того, к кому ей предстояло свататься.

— Готов? – прошептала она.

— Как будет угодно госпоже, – пробормотал он, принимая позу внимания.

Весь вечер она чувствовала себя хорошо, тщательно придерживаясь расписания, составленного Суузу. Было легко сохранять спокойствие, когда он и Хисока продумали все детали. Их хладнокровие было заразительным. Но она совсем не подумала о том, что, произнося свою речь, ей придется смотреть Элоквенту в глаза.

А он выглядел не на шутку смущенным.

— Собратья комментируют? – пробормотала она, не разжимая губ.

Элоквент слегка кивнул.

— Расскажешь мне потом?

— Спроси меня через одиннадцать клятв после сегодняшней.

Она взяла его за руку, подержала.

— Обещаешь?

Теперь он был сосредоточен на ней и на ее флирте, отрешившись от других голосов. А в уголке его рта появилась дразнящая улыбка. Он утвердительно помычал.

Понимая, что зрители ждут, Кимико, переступив с ноги на ногу, положила свои ладони поверх его рук. Сама того не желая, она потянулась к той связи, которой они поделились вчера. Всего лишь прикосновение, но он почувствовал, потянулся навстречу, толкнул легонько, подтвердив, что на каком-то уровне между ними есть связь. Только между ними двоими.

В глазах Квена сверкнул отблеск костра, и Кимико позволила маленькой, самодовольной частичке себя восхититься его красотой.

Глаза Элоквента удивленно округлились, но он тут же опустил их.

Кимико начала говорить:

— В народном амарантийском сказании, известном как «Волк и Лунная дева», единственная встреча меняет будущее героя. Он никогда не чаял, что встретит красавицу, которая украдет его сердце. И ничуть не меньше он был поражен и восхищен тем, что она благосклонно приняла его сватовство.

Она обратила взгляд к Хармониусу и Анне:

— Разумеется, Луна защищает свою дочь и не вручает ее волку сразу. Она ставит ряд задач, требующих от жениха клятв и терпения. Под ветвями дерева, где они встретились, он завершает свое сватовство чередой поцелуев, поскольку по волчьей традиции поцелуй не может лгать.