Книга Порабощенный лис, страница 166 – Forthright

— Сколько угодно. Но только тогда, когда мы одни.

Уложив ближайший к себе на колени, она погладила мягкий мех. Арджент не стал возражать, и Цумико провела расческой по всей длине:

— Так?

— Да. – Он кивнул и ткнулся носом в ее висок. – Пожалуйста.

Она продолжила это новое занятие, наслаждаясь тихими стонами и вздохами Арджента.

— А тебе очень нравится, – пробормотала Цумико.

— Поглаживание и прикосновение к хвостам – вещь крайне интимная. – Его голос стал низким. – Чувствительность делает такой контакт очень приятным.

Что ж! Она провела рукой вверх и потерла точку у основания его позвоночника.

— И это только первый из твоих хвостов. Мы так можем просидеть всю ночь.

Арджент со стоном подарил ей глубокий поцелуй, и Цумико пришлось оставить гребень, чтобы обнять любимого за шею. Когда он наконец отстранился, то убрал свои хвосты подальше.

Откашлявшись, лис сказал:

— Полагаю, пары обычно заботятся друг о друге по очереди.

— И это традиция брачных игр? – спросила она, слегка задыхаясь.

— Дарение гребня – часть игр. Использование – привилегия партнера. – Он моргнул, глядя на нее немного затуманенным взором. – Пожалуй, нам стоит сделать небольшой перерыв, прежде чем перейти к другим хвостам? В противном случае, боюсь, я нападу на тебя преждевременно.

Арджент, встав, принялся возиться со своей одеждой. Она никогда не видела его таким взволнованным. Выглядело это довольно мило.

Тоже поднявшись, Цумико спросила:

— Ты поэтому любишь расчесывать мне волосы?

Арджент вскинул брови:

— Увы, меня разоблачили.

Цумико попыталась вспомнить, когда именно расчесывание волос стало такой неизменной частью их вечерней рутины. Ухаживал ли он за ней даже тогда?

— А есть еще традиции для пар?

— Десятки. – Он жестом пригласил ее следовать за ним к выходу. – Несомненно, за время моего порабощения в моду вошли и другие. Эти обычаи имеют тенденцию развиваться и меняться, при этом каждое поколение каждого клана находит новые способы достижения старых целей.

— Не мог бы ты научить меня чему-нибудь?

— Вполне разумная просьба. Давай чередовать традиции с хвостами? – предложил он.

— С удовольствием.

Арджент кивнул, затем поднес палец к губам. Пройдя мимо увитой виноградной лозой беседки, они обнаружили Гинкго. Тот присел у дверей зимнего сада, прижав уши, как будто очень старался ничего не подслушать. Он уже расставил стопку подносов с едой на краю дорожки. Заметив их, парень чуть не уронил большой термос.

— Папа! – Глаза Гинкго были широко раскрыты, но он смотрел куда угодно, только не на них. – П-прости! Я не хотел… перебивать.

— Ты вовремя, – заверил Арджент. – Цумико нужен перерыв, и мы оба голодны.

Хвост Гинкго был плотно поджат, а лицо залил румянец. Цумико сочувствовала другу, но не знала, как развеять напряжение. Арджент слегка сжал ее руку и отпустил, встав перед сыном.

— Тц. С каких это пор ты такой застенчивый? Для пар вполне естественно развивать взаимную привязанность. – Арджент ткнул Гинкго в плечо: – Тебе придется привыкнуть к таким вещам. Особенно если так и будешь проскальзывать в нашу комнату в окно.

Услышав сдавленный протест Гинкго, Арджент даже усмехнулся. Его сын что-то пробормотал, но уши и хвост постепенно поднял. Наконец он посмотрел Цумико в глаза.

— Нужно что-нибудь? – тихо спросил Гинкго.