Книга Порабощенный лис, страница 98 – Forthright

Зацепившись за нее, Арджент вторгался в ее пределы со все возрастающей дерзостью. Цумико позволила ему захватить и перенаправить ее ресурсы. Он упивался своей новообретенной властью. Позабыв о роли жалкого просителя, лис хотел все большего и большего. Теперь он не тонул в ее океане, а плавал в нем, переплывал его, наводил мосты и направлял часть силы Цумико в свои расширяющиеся резервы.

Даже не задумываясь о последствиях.

* * *

Неуемная энергия гнала Арджента в полночное небо. Он купался в силе, выпил ее так много, что даже самые дикие порывы поугасли. Подпрыгнув выше, лис попытался улизнуть от зуда под кожей. По спине пробежали мурашки, и каждый волосок встал дыбом. Он прыгнул выше, пока дыхание не превратилось в хрипы, кристаллизуясь в разреженном воздухе и падая на залитую лунным светом землю далеко внизу.

Что это было за ощущение? Арджент боролся с давно похороненными воспоминаниями. Что Цумико сделала с ним?

Вдруг его озарило, и он замер. Повиснув в безмолвном пространстве, лис прислушался к себе, а затем обмяк. Как он упустил что-то настолько очевидное? Как мог забыть? Арджент неуправляемо завертелся, тыкаясь мордой в собственные хвосты. Затем остановил головокружительный танец, выровнялся и устремился к поместью Смайтов. Как морские приливы, как звезды в небе, как луна, серебрящая кончики его семи хвостов, путь его был предвечен и предопределен. И в конце стояла она.

* * *

Цумико знала, что глупо ждать Арджента. Тем не менее она дремала в кресле, когда стук балконных дверей вырвал ее из сна. Потирая усталые глаза, она пробормотала:

— Как далеко ты улетел?

— Недалеко. – Арджент опустился на колени перед ее креслом. – Меня потянуло назад.

Лис обнял ее за талию, склонил голову ей на колени, и она уловила запах морозного воздуха.

Проведя пальцами по растрепанным ветром волосам, Цумико спросила:

— Что-то случилось?

— Что-то началось. – Он поднял лицо. – Ты очень сильно на меня действуешь.

— Что я сделала?

Дрожь сотрясла его тело, а хвосты сжались вместе.

— Арджент, – прошептала Цумико. – Тебе больно?

— Мне не по себе, – признал он. – Жжется.

— Ты о чем? – Цумико не могла понять, что происходит. – Что я могу сделать?

Арджент потянулся, коснулся носом ее шеи, подбородка.

— В такое время… тем, у кого близкие отношения… положено целоваться.

Когда он не продвинулся дальше, Цумико спросила:

— Ты имеешь в виду меня? Я должна поцеловать тебя?

— Ну да, раз уж ты мне запретила.

Правда? А ведь точно. Она не подумала, что ее прежнее ограничение останется в силе. На самом деле, придется тщательнее следить за словами. Получалось, инициатива должна принадлежать ей. Что ж.

Амаранты вкладывали в поцелуи разные значения. Арджент упомянул о традиции, но для Цумико поцелуи всегда были выражением любви. Она наклонилась и прижалась губами к его губам. Откровенное признание.

— Еще, – прошептал он.

Подняв его лицо выше, Цумико ясно выразила свою привязанность медленным поцелуем. Арджент, возможно, не мог проявлять инициативу, но ответил одобрительным мычанием. Которое превратилось в ворчание, когда она отстранилась.

— Еще, – повторил он. – Почти.

— Что почти? Что происходит?

Арджент заурчал и приподнялся, держась за подлокотники ее кресла, заставляя Цумико втиснуться в подушки. Нависнув над ней, лис окутал кресло своими хвостами. Затем толкнул ее нос своим: