Книга Кехо, страница 92 – Дмитрий Билик

— Но очень много говорите, — не удержалась Юти, желая тоже обнажить свой меч красноречия.

— Она не похожа на послушную ученицу, которая открывает рот, когда ей разрешают, — ткнул сухоньким пальцем в девочку Лидс. — И она мне нравится. Не как эти твои вечные сиротки, что молчат и смиренно опускают глаза.

Снова выпад, который упёрся в глухую защиту учителя.

— Так что там про осквернённых, — отставил Ерикан кружку в сторону.

— Нужно, наверное, послать птиц к мысу, — пожал плечами сын наставника. — Они разузнают, поглядят, потом вернутся. Это неделя, не меньше. Да и силы у меня уже не те, сказать по правде.

Юти представила, как Ерикан шаг за шагом подбирается к противнику, однако тот в лёгком танце продолжает уклоняться, изредка делая ответные выпады.

— Сказать по правде, ты как обычно пытаешься набить себе цену, — не дрогнув ни мускулом, произнёс учитель.

— Ты так говоришь, будто в этом есть нечто плохое, — просиял Лидс. Туше!

Он неторопливо подошёл к свиткам. Было видно, что неуёмная энергия Одарённого постепенно проигрывает оболочке, в которой её заперли. Лидс медленно, точно экономя силы, достал свёрнутый пергамент. Вскоре тот оказался на столе, и Юти открылась ещё одна карта, на которой она узнала несколько знакомых им мест. Вот эту долину они проходили, три высоких пика тоже остались позади, где-то здесь, наверное, и находится хижина Лидса, а вот чёрный крест за лесом девочку насторожил.

— Яма? — впервые за всё время Юти видела, чтобы учитель чему-то искренне удивился.

— Источник, — поправил его Лидс. — Появился до сезона дождей.

— Что значит, появился? — подался вперёд Ерикан.

— А то и значит. Сначала его не было, а потом вдруг бах и появился. Но да Инрад бы с ней. Зверья тут чужого нет, никто не свалится. Осквернённых мы тоже гоняем…

— Сейчас будет «но», — не сводил внимательного взгляда с сына Ерикан.

— Уже было. Я же сказал, появился Источник. Пока мы разбирались, что и как, туда кто-то свалился.

— И такое бывает, — согласился Ерикан. — Откуда-то же берутся твари. Хотя часто осквернённые намеренно обращают животных, когда у них не хватает людей.

— Я не знаю, что там произошло, — впервые за всё время Лидс поник голосом. — Но нечто, что вышло оттуда… Оно странное. Я никогда такого не видел. Не человек, не зверь. У него нет запаха, оно не оставляет следов, Пушок не может его почуять, а мои птички увидеть. Точнее, как только оно понимает, что за ним смотрят…

— То исчезает, — перебил сына отец.

— Вроде того, — замялся Лидс. — Вот моё условие, уберите это из моего леса, а я расскажу вам всё, что происходит у мыса. Ты ведь… — он на мгновение съёжился, искоса взглянув на Юти. — Сможешь его почувствовать.

— Смогу, — коротко ответил Ерикан.

— Вот и договорились, — хлопнул в ладоши старичок, будто бы даже пытаясь приободрить себя. — Раз сегодня вы у меня гости, то я вас угощу королевским ужином. Менгорские сладкие корни в пряном соусе из листьев корн-травы.

— Мой драгоценный отпрыск не ест своих друзей, то есть животных, — объяснил Ерикан.

— И прекрасно себя чувствую, — заявил Лидс.

— В свои тридцать два года, — переняла Юти окончательно манеру общения отца и сына. Главное здесь было вовремя поддевать друг друга. Её быстрая и уверенная атака пришлось Лидсу по вкусу.