Книга Wechselbalg. Подмененный, страница 69 – Владимир Батаев

— Что… — начал было Вард, но не успел озвучить вопрос.

Его противник сделал шаг, оттолкнулся от края и плашмя рухнул в яму. Оттуда не донеслось ни звука, лишь в оглушающей тишине щёлкнул стопор дверного механизма. Приблизившись, Вард глянул вниз и нервно сглотнул — дно ямы было часто утыкано длинными ржавыми шипами. Впрочем, через мгновение он сообразил, что это не ржавчина, а засохшая кровь. У упавшего не было ни малейшего шанса выжить, не оставалось безопасного места, даже чтобы стоять на ногах. Похоже, о возможности мирного исхода поединков придётся окончательно забыть.

Створки дверей заскрипели. Отвернувшись от насаженного на шипы изуродованного тела, Вард направился к выходу.

— Быстро ты управился, братец, — радостно хлопнул его по плечу Грай. — И даже не вспотел!

— Смерть — не повод для веселья, — одёрнул его Вард. Он обернулся к Гамаллю. — Вы собираетесь вытащить тело лорда Йора и похоронить, как подобает?

— Разумеется, — безразлично пожал плечами старик. — Да пребудет дух его в чертогах Одина вечно.

Вард только кивнул, не став сообщать, что умер альв без меча в руках, а значит, в Вальхаллу ему путь заказан.

— Пойдём, братец, — хлопнул он по плечу кузена. — Помянем павшего. А ещё мне надо серьёзно поговорить с Йокуль.

* * *

[i] ormstunga — змеиный язык (древнескандинавский).

[ii] hladhqnd — белоручка (древнескандинавский).

[iii] dunga eldhúsfífl — бесполезный идиот, который целый день сидит у очага без дела (древнескандинавский).

Вард раздражённо постукивал пальцами по столу, сверля взглядом вино в широком кубке.

— Надо было рассказать мне, — буркнул он, не глядя на Йокуль.

— И что бы это изменило? — отозвалась она. — Я так понимаю, всё прошло прекрасно. Чем ты недоволен?

— Не то, чтобы я не был благодарен, — пожал плечами Вард. — Но он, вроде, был неплохим парнем.

Йокуль выбралась из постели, прошлёпала босыми ногами по полу и, ухватив мужа за подбородок, заставила повернуть голову и посмотреть ей в глаза.

— Я не ради благодарности это сделала, — холодно заявила она. — А потому, что один из вас должен был умереть. И даже малейшая вероятность иного исхода, чем смерть этого чрезмерно благородного идиота, меня не устраивала.

— Значит, спасибо можно не говорить, — столь же холодно отозвался Вард. — И поуважительней о мёртвом, будь добра. А идиотом себя чувствовал я.

— Так всё дело в ущемлённой гордости? — нахмурилась Йокуль. — В том, что ты не понял, о чём он говорил, или что женщина сделала за тебя грязную работу?

Вард только покачал головой. Как объяснить ей, что гордость тут ни при чём? Он был благодарен за заботу о его безопасности и даже оценил практичность супруги. Просто не был готов увидеть смерть. Тем более такую, грязную, жестокую, бессмысленную и неминуемую. Он настраивался на то, чтобы убить в бою врага, который в свою очередь пытается убить его. Кто знает, может после этого он даже чувствовал бы себя хуже, такой возможности Вард не отрицал. Парочка рассыпавшихся в прах фоморов не в счёт, так что в готовности отнять чью-то жизнь он по-прежнему сомневался. Но всё же, это была бы самозащита. А так — доведение до самоубийства шантажом и угрозами. И хотя смерть лорда Йора на его совести, сам Вард остался с чистыми руками. Йокуль сняла с него ответственность — именно этим он и был недоволен, но сомневался, что она поймёт.