Книга Второй кощей, страница 109 – Дмитрий Билик

Правда, с тех пор многое изменилось. Да и я успел поднатореть в подковерных играх.

— Вы уж не обессудьте, Терентий Павлович. Что было собрали, да и принесли. Только если можно, наедине. Вещи редкие, да и вам потом так спокойнее будет…

— Ждан у меня парень проверенный, — ответил дворовой. Однако довольно быстро жадность и нетерпение взяли верх. — Ладно, Ждан, подожди за дверью.

— Гриша, вылезай.

Бес под удивленным взглядом дворового материализовался из Трубки прямо на шкуре медведя вместе с мошной. Затем развязал мешок и достал оттуда какую-то огромную штуку, как признался сам бес — от веретена. Не знаю, для чего она была нужна, но выглядел артефакт весомо. И еще, по заверениям Гриши, хранил внутри больше всего хиста.

— Это и все остальное в мешке мы хотели бы отдать вам. Если, конечно, вы захотите взять!

Дворовой даже не услышал намека на ловушку в моих словах. Его глаза заблестели, как две золотые монеты, а в голове прозвучал звук пробиваемой кассы. Про неожиданное появление беса он уже вообще забыл.

— Чего бы не захотеть, — в одно мгновение он спрыгнул с кресла, обежал стол и протянул загребущие руки к веретену.

А Грише только того и надо было. Он и так едва сдерживался, чтобы не кинуть часть веретена в дворового. Когда же тот добровольно забрал проклятый артефакт, отскочил в сторону, с удивлением глядя себе на руки.

— Что это⁈

Вроде вопрос простой, однако от голоса дворового веяло подкатывающей истерикой. Еще чуть-чуть и закричит.

— Не вопи, — тут же осадил я Терентия Палыча. — Гриша, говори.

Бес явно немного робел. Все-таки окончательно и бесповоротно ссориться с дворовым было жутко. Но в то же время у него имелись наставления от меня.

— Артефакт проклят, — торопливо пробормотал он. — Если от него не избавиться, то с каждым часом он станет жечь сильнее. И все твои мысли будут заняты лишь тем, чтобы избавиться от него. Если, конечно, не выполнишь на… мои требования.

— Матвей, ты понимаешь, что делаешь? — от взгляда дворового можно было прикуривать. — Я же тебя в порошок сотру.

— А я тут причем? — деланно удивился я. — Я же молчу, ничего не говорю. Это Гриша чего-то хочет. Он у меня бес своенравный, мне не слуга.

Терентий Палыч тяжело засопел, но сыпать гневные проклятья и взывать к помощниками не стал. Уже хороший знак. Наверное, он бы стоял так и дальше, раздумывая над собственным положением, но гадский артефакт, который Гриша предварительно разогрел, с удовольствием впился в новую жертву, раскрашивая эмоциональную картину в темные тона.

— Что вы… ты, — посмотрел на беса он, — хочешь?

— Ты распорядишься, чтобы все лавочники могли торговать с хозяином, как и раньше.

— Хорошо, сделаю, — торопливо отмахнулся дворовой. Правда, той самой рукой, в которой оказалась часть веретена.

— Именно сейчас! — потребовал Гриша. В его голосе постепенно прибавлялось уверенности. — Пошли свою нечисть, чтобы прямо сейчас пробежались по торговцам. Разве что к вэтте заходить не надо, у нас с ними свои счеты. И мешок с артефактами убери с прохода. Если пикнешь что-то не то, умрешь до захода солнца.

Терентий Палыч разве что зубами не скрипел. Правда, тут уже не разберешь — от злости или от боли. В любом случае, он сгреб мешок с артефактами и утащил его к себе под стол. После чего залез обратно в кресло и заорал: