Книга Межевик, страница 101 – Дмитрий Билик

— Еще один пакет, — тяжело вздохнул Костик. — Я же говорил.

Зато дед выглядел торжествующим, почти счастливым.

— Я не понимаю, — искренне пробормотал я. — Я же ничего не сказал.

— Ты ничего не сказал? — взорвалась Лера. — Да ты в цвет соглашался со всей фигней, которую тебе говорили. «Да», «подойдет», «конечно, согласен», — пародировала меня девушка. Кстати, не очень похоже, у меня голос пониже.

— Теперь вы все поняли? — поинтересовался дед.

— Если честно, ничего не понял. Но стало любопытно. Сема, значит, когда ты ходил к ним в офис, то было что-то примерно такое же?

Дед молниеносно взглянул на слугу, словно лишь сейчас дозволив говорить. И только после этого кандидат в упыри закивал и стал торопливо рассказывать.

— Да, ззз… зашел, а потом сс… словно туман, очнулся уже на ппп… полдороги к дому.

— Хорошо, — согласился я. — Все действительно выглядит немного странным. Тогда мы проедем до офиса и побеседуем с сотрудниками. Нам только надо знать, на кого заключен договор.

— Миша, не душни, — пришла в себя Лера, которая все это время сидела, как мышка. — Ты же видишь, что там чистая чертовщина. По-любому придется применять хист.

— Но на всякий случай, — вытащил из кармана халата сложенный листок Костик. — Вот, заявление на расторжение договора. На меня все оформлено уже давно.

В его тоне слышалась мировая скорбь. А мне подумалось, если у тебя впереди долгая жизнь, в которой возникает нерешаемая проблема, пусть даже такая пустяковая, это, наверное, может свести с ума.

Я мельком пробежал по строчкам, остановившись разве на «Лбов Константин Викторович» и «тысяча девятьсот тридцать четвертый год рождения». Нет, наверное, Лера права, бумажки тут точно не пригодятся. Но все же сложил листок и убрал в карман.

— Замечательно, тогда мы доедем до офиса и вернемся.

— Имел я вашу буровую, несите книжку трудовую, — отозвался Колянстоун. — Хорошо же сидим!

— Вставай, — посуровел я, но тут же понял абсурдность своей просьбы. Поэтому просто подхватил захмелевшую голову. — Поликарп Ефремович, у меня к вам один вопрос. Вы говорите, что у вас есть средство от этой самой… — я попытался вспомнить название на латинском, но потерпел неудачу. — В общем, от лихоманки. Почему, если упыри так не любят такую жизнь, они не воспользуются ею?

— Лекарство действует только на начальной стадии заболевания, — с грустной улыбкой отозвался тот. — К тому же, не со стопроцентным результатом. После — способно лишь убить. А жизнь, пусть и такая, все же лучше, чем небытие.

Я кивнул, хотя имел на этот счет свое мнение. На том и попрощались.

Солнце медленно клонилось к закату, расчерчивая небо широкими алыми мазками. На Нелидово опустился вечер: густой, туманный, шепчущий свежестью. И пока вся окружающая картина словно просилась на страницы рассказа Пришвина, мы торопились. Не хотелось бы застрять здесь на ночь. Конечно, есть гостиница, да и упыри могут приютить на ночлег… При одной мысли об этом, волосы у меня встали дыбом. Нет, русские вампиры выглядели не так жутко, как я их себе представлял, однако в памяти возник образ Ларисы, и я чуть не перекрестился. Что называется, уж лучше бы съели.

— Может, такси взять? — больше всех суетилась головешка. — Эх, едем на бля… наводить порядки!