Книга Оловянная корона, страница 16 – Дмитрий Билик

— Положила, значит нужно, — огрызнулась Лена.

— Ну нужно, так нужно, — спокойно согласился Иллиан. — Тогда выдвигаемся.

Халиль взобрался на телегу, взял поводья в руки, и колеса уныло заскрипели. Ленка присоединилась к восточному предводителю разбойников, устроившись на собственном тюке. Все-таки рано встали — глаза сомкнулись сами, но вот из-за проклятой тряски уснуть все не удавалось. Зато было слышно, как разговаривают между собой Ваня и Ил.

— Я все удивляюсь, как ты ее терпишь? — Это Туров. Точно он, скотина такая.

— Все очень просто, я не терплю ее. Она такая, как есть.

— Но характер-то ведь у нее ужасный. Я с ней, помню, и дня прожить нормально не мог. А уж о том, что оказался здесь исключительно благодаря её участию, и говорить нечего.

Вот ведь козлина такая. Когда это было-то? Мог бы уже и забыть сто раз. Что ему плохо быть народным героем, полубогом во плоти?

— Я рад, что вы оказались здесь. Моя жизнь изменилась в лучшую сторону после вашего появления. Что до характера, то я не встречал еще простых людей.

— Ты не обижайся, но в нашем мире тебя бы назвали подкаблучником.

— Что значит это слово? — спросил Лейтли.

— Мужчина, который во всем подчиняется женщине.

— Знаешь, конечно, мои мысли покажутся немного странными, особенно в нашем королевстве, — Иллиан понизил голос, но Лена все равно слышала каждое слово. — Однако по мне, так и должно быть.

— Как это?

— Настоящий мужчина не тот, кто строг с женой, учит ее кулаками и постоянно кричит. Это он может делать на войне, в походе, да много где. Мужчина может добиться всего, стать уважаемым и грозным воином, а дома дать покомандовать другому военачальнику. Разве кому от этого плохо?

— Нет, Ил, ты не подкаблучник, — рассмеялся Ваня, — ты прогрессивный мыслитель. Уж для своего времени точно.

Вот ведь Ильчик у нее какой. Всем бы такого, глядишь, и разводов бы не было. Хотя нет, всем не надо. Женщина — существо с поступательной начинкой. Дашь ей все и сразу — станет скучно, зачахнет, остынет. А все то же, но растянешь на год-два, даже лет на десять, но с постоянным прогрессом, вроде сама, дура, всего добивается, еще ближе к тебе станет. Да только где ж таких умных мужиков взять. К примеру, ее Иллиан один такой на всю Кантию.

До подножья горы они добрались лишь к вечеру. К тому моменту Лена уже поспала, пообижалась на Ваню, повосхищалась Иллианом, перекинулась парой фраз с Войлом и даже молча прошагала пешком около часа, но это уже так, от скуки. И вот наконец Халиль слез с телеги, а править лошадью стал Фергус. Экс-разбойник подбежал сначала к одному камню, потом к другом, третьему.

— Ты точно знаешь это место? — спросил Ваня. — Или наврал нам, чтобы тебя не посадили в тюрьму?

— Пусть Сулла вырвет мой язык, если я солгал, — громко ответил Халиль. — Это где-то здесь, я сейчас найду, Айвин-мухтарам.

— Что еще за мухтар?

— Мухтарам — это уважительное обращение к мужчине на моем языке, — объяснил Халиль. — Вот, нашел.

Мужчины сгрудились у камня, поэтому Лене не сразу удалось сквозь них протиснуться. На земле яркой синей краской был изображен крест. Сразу с дороги его заметить нельзя, кто-то специально нарисовал его здесь, прямо за камнем.

— Тут мы оставляли товар, — стал объяснять хазарец. — Ночью приходил человек с лошадью, платил золотом и увозил товар наверх.