Книга Оловянная корона, страница 18 – Дмитрий Билик

— Не знаю, — растерялась квик.

— Никогда не видел телепата десятого уровня, — принялся с интересом разглядывать толстяка Иван.

— А я видела. Причем этого же самого.

— В смысле?

— Это дядя Миша, друг отца.

— Так, давай еще раз с самого начала.

У Турова в голове все перемешалось. Он пока и существование телекинетика, оглушенного молотом, в голове не уложил, а тут новый сюрприз. Телепат, да еще десятка…

— Дядя Миша его зовут. В одном институте с папой работал, в экспедиции вместе ездили, домой несколько раз к нам приходил. Вместе начинали над Шлемом работать, а потом он пропал. Ну не в смысле без вести, а выпал из нашей жизни. Отец говорил, что он в другой институт перевелся. А я и не спрашивала.

— Значит, дядя Миша? — спросил сам себя Иван.

— Фамилия у него такая еще смешная, не помню, как точно…

— Канторович, Канторович Михаил Эммануилович. Очень древняя фамилия и ни разу не смешная.

Телепат поднялся и принялся отряхивать свою одежду — кстати, вполне кантийскую — от пыли. Фергус было вытянул меч, но новый старый знакомый Лены попросту отвел его рукой в сторону.

— Уважаемый, давайте без этих нервов. Здравствуй, Леночка, — он повернулся к девушке. — Признаться, ты очень изменилась. Не думал тебя здесь встретить. Помните, как в детской песенке — не думал, не гадал он…

Михаил Эммануилович закашлялся в руку, после чего вытер ее об рубаху.

— Проклятая горная пыль, никакого сладу с ней. Итак, значит, Гриша тебя через Антишлем пропустил?

В довершение к словам телепат постучал пальцем по голове.

— Ага, — согласилась Ленка. — Боялся, что тайны его выведают через меня. Еще бы что знала.

— Погодите, погодите, — вмешался Иван. — Я думал, Антишлем для снижения уровня способностей.

— В том числе, — согласился Канторович. — Но выяснилась еще пара интересных открытий — если поставить телепатию в отрицательном параметре, то у человека, который не был телепатом, появляется вроде иммунитета. Как у Лены.

— Помнишь, когда мы с тобой в первый раз встретились, я сказала, что закрываться от телепатов умею?

— Дела… — пробормотал Иван. — Только что вы к нам в голову полезли?

— Ясное дело чего, испугался. — Пожал плечами дядя Миша. — Издали не видно, кто идет. Одну вообще прощупать не удалось, второй незнакомец, стражник. Вот этого, — Канторович махнул на Халиля, — я хоть знаю, но и у него тоже мысли какие-то странные стали, какие-то бахатуры, непобедимые девицы. И снова незнакомцы: лорд, как я понял, новый хозяин Виргирдских земель, а потом психокинетик. Тут я окончательно струхнул, хотя и понял, кто вы, молодой человек. Только сообразить не успел — бах и выключился.

— Что значит, поняли, кто я? — удивился Туров.

— Молодой человек, неужели вы думаете, что тут полно психокинетиков? Кроме вас тут был только Георгий Ларин, но его варварски убили стрелой в битве при Утесе Гроз. А вы вот прославились.

— Так, стоять на месте, — вытянул перед собой руки Ваня. — Давайте рассказывайте по порядку, откуда здесь Георгий Ларин и другие кинетики? Я видел в Проклятой лощине минимум одного. А телепаты? Тоже ведь из нашего мира, да?

— Это очень долгий разговор и проводить его нужно точно не здесь. Может, у нас?

— Где это, у нас?

— В деревне. Наверху.

Канторович показал пальцем на вершину горы.