Книга Имперский сыщик. Дело о тайном культе, страница 45 – Дмитрий Билик

— Наушничал или стащить чего хотел.

— Не отвергаю эту версию, но мне она кажется уж слишком надуманной.

— Так почто ему наведываться в полицмейстерство?

— А вот это очень хороший вопрос. Помнишь, что сказал великий князь?

— Он много чего говорил, — уклонился Мих.

— Его высочество обмолвился, что Александр Александрович немолод уже, и всякая гниль могла прорасти в ведомстве. И это он явно не выдумал.

— Думаете, убивец наведался к сообщнику, а тот из…

— Пока подозреваемому, а не сообщнику, — поправил его Витольд Львович. — Гоблинарцы создали особый закон, по которому если вина человека или прочего существа не доказана, то он считается невиновным. У нас взяли этот закон на вооружение.

— Скажут — хоть стой, хоть падай. У нас в Славии тогда половину этих аспидников не посадишь в колодки.

— Ладно, оставим пока эту тему. Теперь к личности инкогнито. Что ты можешь сказать о нем?

— Ну такой, — орчук показал на себе, — может, чуть выше эльфийца. Походка у него странная, будто скачет как козел. Ну и, как говорилось, весь обернут в черное. О, еще тросточка у него была, такая худенькая, точно игрушечная.

— Трость? — заинтересовался Меркулов. — А шпажные ножны?

— Нет. Того не было.

— Забавно… — Титулярный советник затеребил подбородок.

Орчук давно заметил за господином эту любопытную привычку. Чуть тот задумается, так сразу дает пальцам волю. А они, забавники, бегать начинают или перебирать что попадется под руку.

— Мне интересно только, в чем заключается его особенность? Почему он так быстро исчезает и появляется? Магия?

— Не дай бог, господин. Вот уж чего не хватало.

— С другой стороны, слышал я, что у тех же гоблинарцев есть особый вид войск, вроде наших филеров. Только там асы из асов. Могут не есть по несколько дней, появляться и исчезать в любое время, убивать одним движением.

— Неужто из них? — больше удивился, чем испугался орчук.

Не то чтобы Мих боялся тонких и маленьких гоблинарцев. Скажем, имел определенные опасения. Давно прошли времена, когда можно было любого одолеть одной силой. В Орде или Аховмедии, может, и осталось все по старым порядкам, однако туда не любили соваться зеленые коротышки. А в тех местах, которые гоблинарцы любили, они многое были способны извернуть в свою сторону без всякой силы или магии. Против такого ворога иной раз и не знаешь, что делать.

— Нам придется как минимум встретиться с этим инкогнито, чтобы выяснить. Любезнейший, в Столешников переулок, к полицмейстерству! — Витольд Львович отодвинул шторку на раскрытом окне и высунулся наружу.

Купе ловко покатило по мостовой, проехало Захожую слободу и выбралось на набережную. Уже тут Мих почувствовал странный прогорклый запах, но виду не подал, мало ли чем может вонять от воды.

Но чем дальше они ехали, тем горелый дух становился сильнее, пока наконец Меркулов, не обладавший восхитительным орочьим обонянием, не подтвердил догадку потомка кочевников:

— Пожар!

С этими словами Витольд Львович высунулся из окошка и стал наблюдать. Орчуку, которому тоже было страсть как интересно, пришлось довольствоваться лишь затылком господина. Впрочем, недолго.

— Любезнейший, останови! — послышался голос титулярного советника, явно обращенный к извозчику.

Экипаж вздрогнул и встал. Витольд Львович выбрался наружу, а следом вывалился и Мих. Огляделся. Они оказались на Гончарной — в местечке хоть и не дрянном, но маложивописном. С одной стороны, тут рукой подать до кремля, с другой — рядом сплошь худые строения, большей частью кособокие склады. На иной плюнешь — развалится. Конечно, и сюда дотянулась рука генерал-губернатора. Те убожества, что ближе к центру города, уже снесли, расчистили площадку и вроде бы собирались возводить добротные дома по последней моде.