Книга Имперский сыщик. Дело о тайном культе, страница 73 – Дмитрий Билик

Мих кивнул. Говорить уж не стал ничего, тем более набежали люди: выросли точно из-под земли двое городовых; появилась толпа прилично одетых зевак — явно из местных; вы́сыпали на улицу лавочники, приказчики и сами купцы, благоразумно пережидавшие бурю в отдалении. Все стоят, галдят, благо совсем близко не подходят, опасаются.

— Любезнейший, — обратился к городовому Меркулов. — Как вас величать?

— Тарас, ваше благородие, — отозвался кряжистый пожилой усач.

— Так вот, Тарас, меня зовут Витольд Львович, я…

— Да знаем мы, кто вы. — Тот глянул на второго городового, и последний кивнул. — Поняли по вашей орке. У нас в ведомстве один вы только такой.

— Тем лучше. Поднимайте этого молодца и давайте до Столешникова переулка. Определите в арестантскую, доложитесь кому надо. Пусть уж решают, что с ним делать.

— Ваше благородие, не ровен час, он опять, того-этого… взбухнет. Мы ведь тут были, когда он… ну, того… начал расти точно на дрожжах, порвалась на нем одежда, потом пошел буянить.

— Нет, часто аховмедцы магию крови использовать не могут. Теперь точно будет несколько дней без сил. Тащите его без опаски.

После слов титулярного советника осмелели городовые, подхватили козлоногого, который только-только стал приходить в себя, и поволокли прочь. Их сопровождали одобрительные окрики честного люда, мол, «покажите, голубчику» или «всыпьте ему там по первое число», а то и вовсе даже уничижительные по отношению к аховмедцу.

Витольд Львович не стал любоваться зрелищем, в отличие от того же орчука. Напротив, потянул Миха за рукав и указал в один из проулков, предлагая тем самым удалиться.

— Нам еще наведаться на Краснокаменку.

— Да бог с вами, господин. Тут такое творится, а вы знай печетесь все о Черном. Посреди бела дня аховмедец применил магию крови. Я, к слову, даже думать не думал, что они могут подобное.

— А что, им не запрещено, — пожал плечами Меркулов. — Другое дело, если нарушают закон. Теперь будут судить аховмедца, а он, если исходить из размеров, не последний прочий.

— Так у них это все от ранга зависит?

— От происхождения. Хотя в какой-то мере и от ранга. Только аховмедец с богатой родословной может занять серьезный пост. Но к магии крови расположены все.

— Это ж получается, у них каждый способен так разбухнуть?

— Каждый, — кивнул Витольд Львович, — только эффект будет различным. Обычные аховмедцы укрупняются всего на пару пядей, знатные воины — на несколько ладоней, а вот подобные… ну, ты видел.

— Странно, что раньше я о том не слышал, — удивился орк.

Мих замолчал, догоняя Витольда Львовича. Они вынырнули из проулка на широкую улицу, гомонящую и шумную, потому Миху пришлось сравняться с господином, чтобы не говорить в спину и не ронять порожние слова ветру на потребу. Затем он продолжил:

— Много болтают, что козлоногие — лучшие воины, но о магии крови никто не обмолвился ни разу. Точнее, говаривают, что есть у них секрет, но тонкостей не раскрывают.

— Насколько я слышал, — сказал Витольд Львович так уверенно, что можно было принимать его слова за истину в последней инстанции, — магию крови они используют очень редко, в самых крайних случаях. Поэтому, если уж ты увидел ее, есть большая вероятность, что там же и умрешь.

— А этот чего ж тогда? — указал назад Мих.