Книга Кухарка на задании, страница 103 – Инна Комарова

Терпение увенчалось успехом

Как оказалось на деле сыщику долго пришлось приезжать в капеллу, просиживая на службах и дожидаясь появления преступника. И только через десять дней после его беседы с отцом Домиником, ближе к окончанию литургии в небольшом помещении капеллы выросла фигура мужчины высокого роста и очень худого. Он был одет с «иголочки», но в его болезненном взгляде Пракшин разглядел язычки пылающего пламени, олицетворяющие собой непреодолимый страх и безысходность. Преступник нутром чувствовал, что пришёл конец его коварному замыслу, который он вынашивал годами: долго и терпеливо. И вся эта история, овеянная тайными, но, как оказалось, тщетными надеждами, близится к грустной развязке. Он был уверен, что победит. Но не случилось, мечты канули в бездну и обернулись крахом всех его надежд. И эту схватку он позорно проиграл сыщику.

Пракшин, стоя вдали от него, анализировал:

«Всё-таки пришёл. Чувствует свою вину, гложет его совесть. А ведь знает, что конец уж близок. Суд не станет считаться с происхождением. Нет. На нём организация трёх убийств и смерть невинных жертв. Судья и присяжные заседатели не забудут принять к сведению и наиважнейшую статью по растлению его сына. Не думаю, что иностранец русского происхождения выйдет живым из заключения. На амнистию у него нет шанса».

Пракшин взглядом указал переодетым полицейским место, где пристроился преступник. Служивые в простой одежде с молитвенниками в руках незаметно окружили барона Винкльдорского. Когда завершилась служба, прихожане стали покидать помещение. К удивлению сыщика, преступник стоял, как вкопанный, и смотрел вдаль. В этот момент Осип Данилович тихо подошёл к нему и заговорил:

— Господин Винкльдорский, вы задержаны по подозрению в организации трёх убийств. Не советую оказывать сопротивление.

Барон молчал. С самого начала он жил в невыносимом напряжении, животном страхе и ожидании решающего часа, когда служивые, где угодно остановят его и увезут. И на этом жизнь барона Винкльдорского потеряет всякий смысл. От осознания истины ему стало невыносимо. Он неистово и лихорадочно искал ответ: где совершил ошибку, какую деталь не учёл, когда именно просчитался, тщательно продуманный и разработанный план обещал успешное завершение дела. Но, увы и ах… подсказка не подоспела. Так все его вопросы безмолвно и повисли в воздухе.

— Очень хорошо, что вы не оказываете сопротивления сотрудникам

Управления Правопорядка. Суд учтёт это. Только вряд ли вам это поможет.

— Я чувствовал, что вы придёте за мной сегодня и именно сюда. Шёл намеренно. Устал бояться и ждать, – тихо произнёс барон Винкльдорский.

— Ну что ж. Тем лучше.

Пракшин обратился к полицейским:

— Наденьте на задержанного наручники и сопроводите к экипажу.

А мне нужно попрощаться с отцом Домиником.

— Будет выполнено, господин сыщик.

Осип Данилович проследовал к священнику, который со стороны неравнодушно наблюдал за поведением преступника.

— Святой Отец, благодарю вас за помощь и содействие следствию. Отдельно хочу выразить слова признательности за терпение ваше. Видел, как вы во время службы поглядывали на меня.

— Сын мой, волновался я за вас, не за себя. Я стар, а вам жить и венчаться скоро.

— Венчаться?! Что вы говорите, Отец мой? – очень удивился Пракшин. – Я старый холостяк, кто пойдёт за меня? – от неожиданности сыщик потерял дар речи.