Книга Как мама меня богатому дракону продала, страница 25 – Александр Шугарт

Аглая ухватилась за слово “земли”, но Рейнар даже не дал ей договорить.

— Земли находятся в спорном правовом положении до решения Совета. И это не лишает госпожу Эвелину Астерен ее имени и дома. Как и права выгнать незваных родственников. Или… мне вызвать представителей власти?

Мне очень захотелось что-нибудь сказать, например, что я сама могу вот это все, а не за его спиной стою и жду защиты. Но слова застряли в горле. Ну как бы понимаете. Он не говорил, что все это его. То есть говорил, но оставлял нам права.

Феликс совершил огромную ошибку и открыл рот, в отличие от меня.

— Мы хотим защитить имущество от неразумного управления. А незамужняя девушка живет в вашем поместье, лорд, вы за свою репутацию не боитесь?

— Начните бояться за свой язык, — Рейнар прищурился, и Феликс замолчал так резко, будто ему на горло положили холодный нож. — Он работает дурно и может обойтись очень дорого.

Мама прикрыла рот ладонью, а я прикусила губу. Улыбаться в такой момент было бы неправильно, но очень хотелось. Рейнар снова перечитал бумагу.

— Подписанты не указали степень родства полностью, основание для передачи управления отсутствует, упоминание договора с моей стороны использовано неверно. А формулировка о женской неспособности к хозяйственному управлению… оскорбительна и юридически ничтожна. Предлагаю госпоже Астерен подать встречное заявление о попытке давления на спорное имущество. Я могу подготовить бумаги уже сегодня, но, разумеется, решать будет она.

Он повернулся ко мне, и вот тут стало совсем плохо, потому что все смотрели: мама, Лидия, Феликс, Северин, Аглая. И дракон.

— Мне нужно подать заявление?.. — спросила я, не ожидая такого напора. — Или они могут просто уйти сейчас и больше никогда не вспоминать про нас?

— Не обязательно, если ваши родственники сейчас покинут дом и больше не будут предъявлять претензии, — ответил Рейнар, даже не посмотрев на Феликса. — Если будут, я подготовлю документы, и подготовлю достаточно хорошо, чтобы второй попытки не возникло.

Почему-то именно это окончательно сломало их уверенность. Не драконья суть, а скучающее обещание написать бумаги так, что от их претензий останется только пыль. Северин первым взял шляпу, Аглая поджала губы, но заявление забрать не попыталась.

Феликс уходил последним. Уже на пороге он обернулся, явно собираясь оставить за собой последнее слово.

— Еще посмотрим, лорд, как долго вы будете защищать чужое имущество.

— Госпожа Эвелина Астерен находится под моей ответственностью, — произнес Рейнар медленно. — А значит, любой, кто попытается использовать ее положение, ее мать или ее земли, будет иметь дело со мной.

Феликс побледнел, буркнул что-то невнятное и вышел наконец на крыльцо. Снаружи еще некоторое время слышалось возмущенное шипение тетушки Аглаи, шорохи и голоса.

— Чай? — спросила мама первой, когда дверь закрылась, с такой надеждой, будто чай мог что-то изменить.

— Мам… Да, налей чай всем, — выдохнула я устало.

Мы остались вдвоем с драконом. Вышли на крыльцо и смотрели, как родственники покидают двор, но вот тревога от этого почему-то лишь стала сильнее.

— Лорд Валльгард, — сказала я наконец, поворачиваясь к нему. — Вы… Спасибо, в общем. Но я бы и сама справилась, понятно?

— Разумеется, госпожа Астерен.