Книга Не свой, страница 16 – Маргарита Климова

— Может не надо? — сдулась, понимая, что крутиться ужом бесполезно. — Обойдёмся фотоотчётом?

— Нет уж. Можешь пока вещи собрать. Ты переезжаешь, — безапелляционно заявила Люба. — Будем вместе тянуть лямку одиночества.

— Люб, мне на смену скоро, — тормознула её прыть. — Давай перенесём свидание.

— Ничего. Успеем. Я уже грею машину.

Минут через тридцать Любка гневно стучала в дверь, потому что звонок не работал. Открывала я с полной уверенностью, что она меня побьёт за мою дурость. Влетев в коридор в полтора квадратных метра, Устинова налетела на меня, переступила и смахнула краем пальто ключи и мелочь с обувницы, развернулась и чиркнула щекой об угол.

— Господи, это что за консервная баночка? — замерла, зло сопя. — Там тоже всё такое микроскопическое.

— Ну да, — обречённо склонила голову. — Кухня около четырёх метров, комната в районе десяти, в ванной влезла только метровая душевая кабина и масенькая раковина, а на толчке сидишь, упираясь лбом в дверь.

Наверное, Люба не поверила мне на слово и пошла осматривать квартиру. Включив свет в ванной, она взвизгнула и понеслась на кухню, забираясь с ногами на табуретку. Заглянула в санузел и проводила взглядом убегающего таракашку. И чего кричать?

— Как ты тут живёшь? — издала зубную дробь Устинова. — Это же срань полнейшая.

— Я здесь только сплю. Мне не до разглядываний. Прихожу, падаю на кровать и сразу засыпаю.

— Всё. Больше ты сюда не вернёшься, — просканировала Люба пол и только после этого рискнула слезть с табурета. — Вещи собрала? Хозяина этого куска говна предупредила?

— Чёрт, забыла, — схватила телефон и полезла в контакты.

— Позвонишь по дороге, — отобрала у меня аппарат и потолкала к выходу. — Не хватало ещё живность здесь подцепить. Надо будет перетрясти на улице твои чемоданы.

Трясти вещами, конечно, мы не стали. Из машины я набрала хозяйку квартиры и предупредила, что ключи оставила в почтовом ящике. Она поохала, предупредила, что остаток денег за неполный месяц не вернёт и сбросила вызов. Что ж, на возвращение десяти тысяч я и не рассчитывала.

Перед работой Любка накормила меня от пуза, упаковала с собой лоток и завернула в бумагу бутерброды. Разбирая в ординаторской сумку, умилённо улыбнулась. Мандаринка и горсть шоколадных конфет стали приятным сюрпризом.

Когда жизнь делает положительный разворот, а на языке растекается шелковистость шоколада, в теле начинают бурлить энергетические потоки, а в руках всё горит. На эмоциональном подъёме не заметила, как прошла ночь. У меня даже образовалось окно и возможность подняться к малышке.

А утром я по лестнице спустилась вниз, с улыбкой сбежала с крыльца, достала наушники, нашла в телефоне подборку треков из прошлой жизни и собиралась нажать пуск…

— Ануш, нам надо поговорить, — в спину врезался голос Карена, а на локоть легла рука в кожаной перчатке.

Ануш

— Вряд ли нам есть о чём говорить, — дёрнула из его захвата локоть и сделала два шага назад, становясь на безопасном расстояние. Хотя, сомневалась, что рядом с Кареном может быть безопасно. Не после того, как он отходил меня ногами и бросил истекающую кровью. — Если только о твоём согласие на развод, чтобы ускорить процесс.

— Хватит, Ануш, не дури. Почудила и будя. Развода не будет, — поплотнее закутался в лёгкое пальто, не предназначенное для зимних прогулок. — Ты всё всем доказала, а теперь возвращайся домой.