Книга Раз, два, три, четыре, пять. Будем мы тебя..., страница 76 – Маргарита Климова

— Нет, Алён. Скрывать больше не получится, — не поддаётся уговорам Яр, и всё жужжит, жужжит, поправляя время от времени обтянувшие хозяйство трусы. — Родители Ника встали в стойку, наши смотрят косо. Лучше признаться самим, пока не стало поздно.

— Родители Ника улетят через две недели, а наши никогда не вмешиваются в личную жизнь детей, — как ребёнок дую губы и хлопаю себя ладошкой по коленке.

— Они уедут, ты права. Только вряд ли забудут о своей идее фикс. Кого они начнут сватать Нику? Подумай? Кто следующий идёт после тебя?

— Янка, — выдыхаю, понимая, как сильно мы попали. — Она же совсем ребёнок.

— Всего четыре года, — берёт мою руку Ник и заставляет посмотреть на него. — Четыре года пролетят очень быстро, и в то же время за этот срок можно обработать девчонку, внушить чувства ко мне, сделать нашу жизнь невыносимой. Можешь себе представить подростка с промытыми мозгами?

— Ну почему всё так сложно? — с отчаянием смотрю на них.

— Ты можешь упростить ситуацию, достаточно выбрать одного, другой уедет, — даёт мне альтернативу Яр.

— Это ничего не упростит, — мотаю головой. — Я не в состоянии выбрать между молоком и сахаром, тем более между вами.

— Тогда нам нужно просто набраться храбрости и рассказать родителям о нас, малыш. Мы будем стоять до конца, как бы они не отреагировали, будем защищать наши отношения. Все вместе, — уверенно заявляет Ник, а меня вдруг разбирает на смех. Такие серьёзные выражения лиц, готовые свернуть горы, и так комично на этом фоне выглядят красные трусы, белые бороды и колпаки.

— Прекрати ржать, Алён. Мы обсуждаем будущее, а ты ведёшь себя как неразумный ребёнок, — возмущается Яр.

— Прости, — заикаюсь от смеха. — Просто ваши маскарадные костюмы настраивают на потрахаться, а не на серьёзные разговоры.

— Никаких потрахаться, — сжимает через плавки член Ник. — Пока окончательно не определимся и не приведём в исполнение, секса не будет.

— Как это? — в один голос спрашиваем с Яром. — Совсем охренел?

— Если всё оставить как есть, ты будешь метаться до бесконечности, — нагло заявляет Ник, уже в открытую поглаживая восставшее хозяйство и соблазняя меня. — А так есть шанс, что воздержание заставит тебя ускориться.

— Ты ещё трусы сними и подрочи при мне, чтобы я лучше прочувствовала свою потерю, — цежу сквозь зубы, тыкая его в бок.

— Хорошая идея, — растягивается в похабной улыбке Ник, стягивая бороду, колпак и красный кусок тряпки с задницы. — Будем изучать тантрический секс. Давай, малыш, покажи, что у тебя под юбочкой.

Я в наглую задираю подол, расставляю ноги и прохожусь пальцами по влажному шёлку. Яр издаёт булькающий звук, избавляется от остатков одежды и встаёт на четвереньки, приблизившись лицом к моим расставленным ногам.

— Разденься, — приказывает он, не отпуская взгляд от промежности. — Поторопись, сестрёнка. Не вынуждай меня рвать твою одежду.

Тантрический, так тантрический. Такое мы ещё не проходили. Лишаю себя одежды, оставив только чулки и бесстыжее возбуждение, сажусь обратно на диван и плавлюсь под их голодными взглядами.

— Облокотись на спинку, поставь пятки на край и широко расставь ноги, — не терпящем возражений тоном произносит Яр. — Поласкай себя, сестрёнка, покажи, как красиво твоя киска пульсирует и течёт.