Книга Мастер и чудовище, страница 19 – Марина Адлер

Элизабет выдохнула так резко, что практически поверил в ее шок после моих слов. Но колкий ответ бестии не заставил себя ждать, подтверждая мою правоту и подозрение, что девушка вовсе не из робкого десятка:

— Пусть так. Думайте, что хотите обо мне. Оправдываться — дело виновных. Но что же до вас? Я попросту убеждена, что вы напыщенный вояка, потерявший способность шагать ровно из-за ранения, а сейчас самоутверждаетесь, чтобы оправдать для себя мой отказ вам. Я скажу правду, почему не стала с вами танцевать и никогда на это не соглашусь. Вы попросту черствый, одинокий гений, который перестал верить в то, что кто-то может интересоваться вами лично, а не вашими деньгами или титулом… И именно поэтому стараетесь проверять, а не верить, чтобы не обжигаться. Ведь вы устали, что женщины интересуются не вами, а лишь выгодой, которую вы способны им предоставить! Увольте, я не стану настаивать на своей якобы невиновности. Моя совесть чиста перед единственным человеком, который точно знает, что я не вынашивала подобных вашему предположению целей!

— Позвольте угадать, кто именно тот самый человек, который знает о вас все. — Злобно улыбнулся я, ведь девчонка словно плетью хлестала правдой по старым ранам. — Наверняка это ваш благородный ухажер. Он так вами очарован… Считает, что отыскал клад…

— Нет, милорд. Вы, как всегда ошибаетесь. Идрис не интересует меня. Он такой же самоуверенный оборотень, как и вы! Такой мужчина никогда не смог бы завоевать моего расположения, отличаясь жестокостью и завышенным самомнением, забывая о справедливости и чести!

— Осторожно, мисс Лочестер… — Навис я над девушкой, которая уже открыто бросалась нелицеприятными обвинениями, не осознавая при этом последствий. — Ваши слова могут обернуться для вас расплатой за невежество!

И вдруг, девушка приосанилась, осмотревшись. Притихла и прикрыла на мгновение глаза, собираясь с духом.

— Прошу прощения, — выдавила она сквозь зубы. — Я лишь хотела сказать, что ответственна за свою совесть лишь перед одним человеком. И этот человек перед вами. Только мне носить то, что зиждется внутри.

По спине тут же рассыпались мурашки после слов Элизабет, а ее необычайные глаза загорелись какой-то страшной болью и мудростью, никак не вяжущейся с юным возрастом. Мы так и замерли, глядя друг на друга, не смея пошевелиться. Она — глядя на меня с презрением. А я — с чувством, что совершил роковую ошибку, обидев, возможно самую красивую и удивительно благородную девушку, которую когда-либо встречал в жизни.

Как раз в этот момент послышался громкий голос Де Вера. Он начал что-то объявлять, привлекая к себе внимание гостей и заставляя их стихнуть. Даже музыканты остановили мелодию, позволяя хозяину вечера высказаться.

— … И поэтому, именно в этот вечер я хотел бы объявить новость, которая станет приятной не только для одной единственной прекрасной леди, но и для всех жителей Руана.

Элизабет повернулась к источнику звука, с ужасом вцепилась в деревянные перила. Я и не знал, что столь маленькое сердце может ускорить свой ритм еще сильнее. Она и вовсе позабыла обо мне, когда поняла, что ее вскоре ждет, а Де Вер огласил вердикт, перечеркивающий все надежды на отступление:

— Приглашаю присоединиться ко мне мисс Элизабет Лочестер! — Я подошел тоже к ограждению. Картина наверняка была бы упоительным зрелищем для той, кто мечтал о такой выгодной партии. Но явно не для девушки, которая сейчас стояла рядом со мной.