Книга Ни толку, ни проку, не в лад, невпопад..., страница 157 – Тамара Шатохина

— Ну почему сразу враги? И не идиот он, просто хороший. Человек он действительно хороший - ты права. Не в смысле наивный дурачок или слабохарактерный. Он упрямый и умный, ориентируется и решает вопросы мигом – как рыба в воде во всем этом и работоспособность у него бешеная. Дело не в этом – просто для него это замкнутый круг, безвыходная ситуация. Саботажа и злого умысла там и не могло быть – его ценят и даже по-своему любят, хотя и ездят на шее. Но это естественный процесс, так всегда, когда отсутствует контроль - народ расслабляется по инерции. Та - дура беременная, просто попутала маркировки, готовясь на сохранение… у того возгорание в доме, и мужик слегка не в себе…так что и взять с него действительно нечего. Ну и остальное так же – когда масштабно, но больше по мелочи. Но если выплаты рассчитаны «до копейки» буквально, это больно бьет, знаешь ли. И десяток лет безбожно экономить на себе, своей семье и ребенке… я честно – затрудняюсь с определением, Лара. Может и идиот, потому что лучшие годы жизни... - жадно отпила я половину бокала – в горле пересохло, да и разговор получался нервным.

— Я тут соображаю, как сама бы… с той же беременной? А ты? – задумчиво уставилась на меня подруга, удобнее усаживаясь в подушках.

— Ну да! И я тоже думала, а как не думать? Но у себя бы я такого просто не допустила, Лар! Зная обстоятельства, проконтролировала бы или вовремя отстранила временно ненадежного человека. У него же просто нет на это времени, он не вездесущ. Вот и пропускает такие проколы. Но пока что тянет, сам за кучу народа тянет. И потому такое ощущение, знаешь… нет там запаса прочности.

— А что сейчас?

— И сейчас. А что я тут могу? Помочь невыносимым своим присутствием и угрозой контроля? – вздохнула я, - ну разве что оптимизировав штат бухгалтерии и кадров. Он был сильно раздут, неоправданно раздут. Четверых я уже уволила, двое на испытательном сроке, главбух люто ненавидит меня и считает исчадием ада. А я держу ее вот здесь, - показала я кулак, - еще один прокол и - увольнение. Если не способна исключить в работе своих подчиненных опечатки, ошибки, невнимательность и недобросовестность, то грош ей цена, как руководителю. И меня в свое время за такое драли - научилась же? Контролировала... У нас был разговор с Михаилом Яковлевичем – он согласился бы на это место, поработал бы еще - так и сказал. Но дело в том… - сделала я маленький глоток, - что все они там повязаны общим прошлым да и настоящим тоже – соседи, кумовья, сваты, одноклассники… Цимлянский просто не в состоянии послать их лесом – у каждого есть для него своя жалостливая история. Я же их не воспринимаю. Во всяком случае, действительно убедительной мне еще не поведали. Взялась помогать – помогаю. Тут уже так - или мы их, или они нас банкротят.

— Он прикрыл тобой амбразуру? Ай, маладэц! – веселилась Лариса.

— На амбразуре я себя не чувствую и без причины никого не уволила. Вон Яковлевич целых две недели разгребал бухгалтерию. Работал дотошно и профессионально. Спасибо вам с Раисой Яковлевной – он старенький, но такой замечательный! Уютный… Мы каждый вечер устраивали посиделки с чаями, говорили о жизни и о том, что там дальше – за жизнью… - отпила я опять вина и загрустила, понимая, что спиваюсь. Каждое воскресенье вечером - как часы, мы встречались с подругой у нее или у меня на городской квартире и употребляли по бутылке на лицо. Хотя этой нормой мы себя и ограничивали, Дробан уже смотрел на меня косо, нисколько с некоторых пор не симпатизируя. Но не всегда же я была инициатором таких встреч? В большинстве своем – Лариса, так что… признался бы лучше в любви жене!