Книга Ни толку, ни проку, не в лад, невпопад..., страница 62 – Тамара Шатохина

Нужно было куда-то перенаправить этот яростный посыл, сделать его не разрушающим, а созидающим. Ему нужна была хотя бы искра надежды, хотя бы крошка ее, чтобы жить нормальной жизнью – хотя бы иллюзия…

И он принял предложение стать вассалом барона Ризли, который имел на будущее еще более широкие планы – он замахнулся на графский титул и что-то подсказывало Адеру, что тот никуда от него не денется. А то и чего больше… Переходить дорогу Ризли было себе дороже – даже просто перекинувшись с ним парой слов, каждый понимал, что только волей небес этот человек не занимает минимум – герцогский трон. А может – просто временно…

Ризли был необыкновенно умен, хитер и расчетлив, но главное – он умел убеждать и не только словами. За него говорило все – хриплый голос, который мог ласкать слух, пройдясь по нему мягким бархатом, а мог и выморозить северным ветром, вгоняя в ступор гневным рыком. А его взгляд мог давить, будто каменной плитой, навязывая свою волю или же всячески поощрять, выказывая симпатию и поднимая душу человека будто на крыльях. С ним хорошо было дружить, ему выгодно было служить, но враждовать с Ризли… Бигли не был самоубийцей.

Но и окончательно отказаться от мыслей о Джейн он не мог. А оставаясь рядом с бароном, мог видеть ее хотя бы изредка. Барон поселил молодую жену в глуши Хэмпшира, возле обросшего страшными легендами леса Нью-Форест. Сам же большее время жил в Лондоне, исполняя службу теперь уже при Кромвеле. При Дворе его жену не видел никто и никогда, любвеобильный Генрих – тоже. И за это Бигли был благодарен своему сюзерену, понимая его, как никто другой. Не ненавидел – прямых причин на то не было. Отношения между ними теперь были регламентированы этикетом, но Адер легко склонялся в поклоне перед человеком, превосходство которого над собой признавал, и даже служил ему честно – и все это за возможность видеть изредка Джейн…

Мягкую, тихую и покорную Джейн, которая иногда начинала бесить его этой своей молчаливой покорностью, напоминая снулую рыбу. И тогда он даже радовался, начиная подозревать, что зависим не от той самой вечной любви, что воспета в балладах, а от простого вожделения к этой женщине, которое не может утолить, от примитивного мужского желания, которое не желает видеть препятствий. Если бы он смог хоть как-то узнать ее, да просто заглянуть в глаза, то кто знает...? От понимания, что находится в шаге от чего-то страшного, что способно совсем погубить его, влечение к Джейн сменялось почти что ненавистью. Но потом он успокаивался, злость куда-то уходила, и он опять проникался ее мягкими движениями, тихим голосом, скользящей поступью и даже вечно сложенными на животе руками.

И болезненная зависимость продолжалась. От нее уже хотелось избавиться, сбежав куда глаза глядят, но была вассальная клятва, данная сгоряча. А еще он понимал, что без помощи Ризли в свое время так и остался бы тюремным палачом. Поэтому вредить тому не стал бы никогда, но продолжать незаметно использовать его к своей выгоде – это запросто. Ризли и сам использовал его, как и всех вокруг себя. Адер уверен был, что тот далеко пойдет и карьере его не собирался вредить. А вот жену у него можно было попытаться отнять, благо барон и не горел к ней - всегда имел содержанок и легко принял от своего слуги подарок – старшую его, а потом и младшую сестру.