Книга Анатомия обмана, страница 329 – Татьяна Ларина

— Маркова, мне без тебя было так хреново… – отдышавшись, признался он.

— Мне было еще хуже, – честно ответила я.

— А знаешь, что?

— Что?!

— Картошка остыла…

Это был самый вкусный завтрак в моей жизни, и не только потому, что я дико хотела есть, а лисички всегда были излюбленном летним лакомством, главное – он был приготовлен специально для меня мужчиной, которого я любила всем сердцем. Мы уселись за стол, Илья разложил по тарелкам картошку с грибами, и я накинулась на еду. Она еще не успела остыть, зато не была горячей – самое то в жаркое летнее утро.

Я не дала Илье убрать со стола, и сама принялась составлять посуду в раковину. Он довольно ухмыльнулся, подошел к шкафчику, достал из него бутылку коньяка и две рюмки. Намыливая тарелки, я наблюдала за тем, как он наполняет их до краев.

— А не рановато ли для сорокоградусного? – нахмурилась я.

— Это в лечебных целях. Для сна, – ответил Романов, протягивая мне рюмку.

— Как только моя голова коснется подушки, я усну, – я убрала в сушку чистую тарелку и взяла у Ильи коньяк.

— Заснуть мало. Надо чтобы без снов. Оставь посуду, потом помоем и… – он поднял вверх рюмку, – за нас!

Мы залпом выпили коньяк, и я закашлялась. Как правило, подобные напитки я предпочитала цедить, наслаждаясь приятным теплом, что разливается внутри, но не в девять утра. Илья забрал у меня рюмку, вместе со своей поставил в раковину и, подхватив меня на руки, понес в спальню. По канонам женской романтичной беллетристики, он должен был медленно опустить меня на постель, освободить от одежды, в очередной раз признаться в любви и закружить в вихре страсти. Однако в реальности Илья бросил меня на кровать, сам лег рядом и, подмяв меня под себя, сказал одно лишь «спи», после чего отрубился. Удобнее устроившись в его объятиях, я быстро последовала его примеру.

* * *

Меня разбудил настойчивый звонок в дверь. Привстав на локтях, я посмотрела на электронные часы – было почти шесть вечера. Сколько же мы проспали? Мой мозг отказывался считать. Протяжный звон из прихожей повторился, и я толкнула храпящего Илью.

— Эй, просыпайся! К нам кто-то пришел! Наверное, Алиса!

Имя дочери подействовало лучше любого будильника. Илья вскочил и недоуменно осмотрелся. Со следующим звонком он резво поднялся с кровати и, пригладив растрепанные волосы рукой, поспешил и прихожую, кинув на ходу, что у Лиски с собой ключи.

Я взяла со стула его домашние спортивки, надела их, осмотрела себя в зеркале на стенке шкафа и, заключив, что выгляжу вполне прилично, направилась за Ильей. Кто бы к нам ни заявился, уходить он не собирался, раз так настойчиво трезвонил в дверь… «Не к добру», – пронеслось у меня в голове, но тут же я подумала, что с Ильей вместе мы справимся со всем.

— Добрый день, Илья…

Этот низкий женский голос я бы узнала из миллиона. Мне показалось, что от ее ледяного тона во всей квартире стало холодно. Что понадобилось этой женщине в доме моего парня? Я замерла на выходе из гостиной так, чтобы меня не было видно, надеясь, что Филатова вскоре уйдет.

— Что вам нужно? – прогремел Романов сурово, как он это умел.

— Эта нахалка Эвелина здесь? Мы пришли поговорить с вами обоими.

«Мы»?! Неужели Инна Михайловна явилась не одна… У меня перехватило дыхание, а руки затряслись. Только сейчас я полностью осознала, что на самом деле боюсь их семейства. Моя былая смелось испарилась после этой ночи, ведь на своей шкуре я поняла, что этим людям закон не писан. Хотя, может быть, Филатова пришла не с сыном, а с адвокатом?