Книга Мелодия двоих, страница 60 – Амарисса Ли

Кстати сказать, он не сдал единый государственный экзамен. И не явился на пересдачу.

Она ничего не знала о нём, да и не хотела узнавать. Он остался в прошлом как грязная ошибка, наложившая неприятный отпечаток.

— Я… Поняла, какие бывают люди, — вздохнула Полина.

— Он же тупой имбецил, — скривился Фихнеев. — Самый тупой, не смогший окончить школу. Камон, он сдавал три предмета, и в это число не входил профильный матан.

— Он был красивым.

— Ах, ну да. Сломанный нос, раскосый взгляд и очаровательная улыбка — самый лучший набор. Зачем нам смотреть в душу, правда, если обёртка очень красивая? Иванова, он был выпендрёжником, чьи понты не стоили ни гроша.

— Сказал человек, который год мутил воду с Алиной Авериной, — фыркнула Полина, закатывая глаза.

— У неё хотя бы было серое вещество, — отозвался Саша.

— Его было настолько мало, что она изменила тебе с лучшим другом, — скривилась Иванова, вспоминая те школьные разборки на поле для футбола.

Саша усмехнулся, вспоминая этот случай. Его знали абсолютно все в школе, потому что поднялся такой скандал из-за сломанного носа и руки Олега Евтушенко.

Алина Аверина — это девочка из благородной семьи, которая не знала, как выделиться из толпы, поэтому красила свои волосы в ненатуральные и очень странные оттенки — нежно-розовый, светло-пурпурный, светло-фиолетовый и прочее.

Они сошлись с Фихнеевым в начале десятого класса. Как — это непонятная загадка, остающаяся до сих пор в неведении, но говорят, что они просто сблизились после того, как их посадили за одну парту.

И вот они перестали скрывать, что являются не только соседями по парте, но и парой — гуляли за ручку, целовались и обнимались. Их можно было встретить не только на школьных переменах, но и за пределами школы.

Такая розово-ванильная атмосфера длилась примерно год, с ноября до сентября, пока не выяснилось, что Аверина — проститутка, изменяющая направо и налево. Тогда Олег Евтушенко показал видео, снятое на какой-то летней тусовке, где, разумеется, не было Саши.

Алина сама начала приставать к Олегу, а уже через полчаса отсасывала в туалете, забывая, что один являлся лучшим другом для Фихнеева, а вторая — любимой девушкой.

Кстати сказать, досталось не только бедному Евтушенко, который отказался выдвигать обвинение в нанесении тяжких телесных.

Аверина тоже пострадала, но Саша сам её не тронул. Он наорал, сказал пару «ласковых», а в дело вступилась девчонка, с которой Фихнеев неплохо общался, — Наташка Рассомахина. Та вдруг решила проявить дружескую поддержку и накинулась на бедную розоволосую красотку.

В общем, Олег Евтушенко был на больничном целый месяц, а Аверина старательно замазывала фингал под глазом и царапины на лице. А, ну ещё ей пришлось подстричься почти под каре, потому что Рассомахина плюнула жвачку, намешанную из нескольких брусочков «Орбита», в волосы.

Саша перестал общаться с Олегом, но смог его простить. Понимал, что отчасти вина лежала не только на нём, но и на девушке.

Но больше не смел делиться секретами и помогать в чём-либо. Этот человек «умер» для него.

— Она хотела гулять, — простодушно ответил Саша, скрещивая ноги и опираясь на руки.

— Мерзко для девочек, — Полина поёжилась.

Несмотря на своё воспитание, которое нельзя было приравнять к «жёсткому» и «матриархальному», Полина понимала суть дозволенности.