Книга Мой летний эротический роман, страница 42 – Лена Лето

На его щеке мгновенно проявляется красное пятно.

— Хорошенько вас трахнула, как вы и просили! — бросаю ему в лицо и, расправив плечи, выхожу из кабинета.

Я хватаю сумочку, ни с кем не прощаясь, сбегаю из офиса и направляюсь к лифту.

Как он мог?! Как он мог мне такое предложить?! А я почти ему доверилась! Почти поверила, что между ним и Мэттом есть что-то общее.

Быстрей бы прийти домой и выплеснуть в черновик все, что сейчас клокочет у меня на душе — придам переживаниям хоть какой-то смысл. Опишу в подробностях все, что произошло, только вместо папки «Дело» в руках героини будет, как минимум, дырокол. А потом она заявит на директора за домогательства.

Не успеваю нажать кнопку вызова лифта, как двери кабины открываются, и оттуда выходит наша верстальщица. Машинально отвечаю на ее улыбку и нажимаю кнопку первого этажа.

…Может, не заявит, но точно вскоре о нем забудет. А он всю жизнь будет искать похожую на нее, но так и не найдет. И на последних кадрах зрители увидят, как на столике у его кровати в доме престарелых лежит ее очередной бестселлер. Зрители?.. Да! Моя книга станет настолько успешной, что ее экранизируют!

Из-за угла появляется Мэтт, и мой боевой настрой тотчас же спадает. Блин, такого в моей фантазии не было… Он мчит на меня, будто Терминатор. К счастью, двери успевают закрыться, прямо перед его носом. Слышу удар ладони по их внешней стороне.

И с чего я решила, что все закончится мирно?

Торопливо выхожу из лифта, бегом спускаюсь с крыльца, рискуя свернуть себе шею, и поворачиваю на улицу с односторонним движением. Если боссу придет в голову преследовать меня пешком, он наверняка пойдет к автобусной остановке. А если на машине, здесь не проедет.

Оглядываюсь. Погони нет. В самом далеком уголке души шевелится мысль: «А жаль…», но я тотчас же себя осекаю. Где гордость, Ника? Твоя героиня никогда бы такого не подумала.

Сейчас, когда злость спала, честно признаться, я не чувствую себя победительницей, мне просто плохо. А еще жарко, даже лоб припекает, и сумка оттягивает плечо, и туфли натирают. Я останавливаюсь и смотрю на их лакированные носы. Я же не люблю туфли. Носила их только из-за босса, а он выбил почву у меня из-под ног. Лишил всего, чего так долго достигала, что было мне так дорого. К черту босса, к черту туфли! Снимаю их, подхватываю пальцами и иду дальше.

И все же жаль, что попытка написать эротический роман закончилась именно так. Я не буду зарабатывать на писательстве. Возможно, даже не буду работать в издательстве — таких, которые публикуют художку, у нас очень мало. Я всю жизнь тянулась к книгам, и что теперь?..

Пытаюсь держаться, но в горле ком. Еще немного — и зареву.

Чтобы отвлечься, звоню Илоне. Она словно чувствует — отвечает мне сразу. Рассказываю, что уволилась, о причинах пока не говорю, нужно просто выговориться. Она настоящая подруга: выслушивает, утешает, лишних вопросов не задает.

И вдруг слышу в телефоне звук разбитого вдребезги стекла, а сразу за этим — приглушенную брань Илоны. Глядя на нее, никогда не подумаешь, что она знает такие слова.

— Я бутылку мартини разбила! — сокрушается Илона. — Доставала из пакета, чтобы переложить в холодильник, и она выскользнула из рук! Пол-литра мартини на полу!

— Ну так сбрызни апельсиновым соком и слижи, — улыбаюсь я. Мои переживания меркнут на фоне Илониного горя.