Онлайн книга «Мой летний эротический роман»
|
Откупориваю бутылку и машинально делаю несколько глотков. Хорошо, что я весь вечер цедила воду — в голове почти ясно. Но все равно не могу понять, что я чувствую. Мне не плохо, но как-то пресно на душе. Когда я ночью сижу дома на подоконнике, во мне тотчас же начинают рождаться образы, а сейчас — пусто. Если бы между мной и Мэттом все случилось, сейчас он бы так же дрых на кровати, а я сидела бы на подоконнике, и мне тоже было бы пресно. Точно не то состояние, которое я мечтала испытать после первой близости с мужчиной. Так что все к лучшему. Допиваю бутылку и оставляю ее на подоконнике. Сейчас, вероятно, мне надо уйти. У нас с Мэттом уже было неловкое утро после сцены в ванной, достаточно. На ощупь нахожу сумочку возле двери, надеваю туфли и оглядываюсь. Мэтт ворочается во сне, устраивается на боку и снова затихает. Подговариваю себя побыстрее улизнуть из номера, а сама при этом разуваюсь и на цыпочках подкрадываюсь к кровати. Ложусь рядом с Мэттом, повторяя изгибы его тела, но не касаясь их. И на миг мне кажется — я словно по-настоящему проживаю этот момент — что это наша с Мэттом обычная ночь. Мы вместе, и засыпаем рядом. Это так приятно… Я просыпаюсь от тяжести его руки, переброшенной через мою грудь. Лежу, почти не дышу. Я уснула рядом с Мэттом. Да блин… Уйти ночью — хороший был план! Черт знает, в каком настроении Мэтт проснется. Каким вообще он теперь будет? Властным директором издательства или безбашенным музыкантом? А может, я увижу его с какой-нибудь третьей стороны — Мэтт-с-похмелья, — и мне это совсем не понравится? Да и как нам вообще теперь общаться? Нужно уходить. Но так хочется до него дотронуться! Уткнуться носом в плечо… Нет уж. Очень, очень осторожно, как в игре «Дженга», снимаю с себя его руку, перекладываю на кровать. Спит, даже не шелохнулся. Какое-то время сижу и смотрю на него. Сложно отвести взгляд, он словно намагничен. Неужели я действительно влюбилась? Впервые в своей жизни. Вот так, по-настоящему… Силой воли заставляю себя подняться с кровати, оборачиваюсь — и вижу свое отражение в зеркале. О-о-о-о… Помятая, с гнездом спутанных волос, темными кругами под глазами от осыпавшейся туши. Медленно, тяжело выдыхаю. Беззвучно беру из шкафа гостиничные тапочки и белоснежный халат и выскальзываю в ванную. Как непривычно, когда все не свое… Зато здесь есть даже крохотный тюбик зубной пасты. Чищу зубы, ватной подушечкой вытираю круги под глазами, затем раздеваюсь и захожу в душевую кабину. Все такое красивое, чистое, блестящее! Включаю тропический душ, и на меня обрушивается теплый, ласковый водопад. Я подставляю под него лицо, улыбаюсь… И сквозь шум улавливаю, как открывается дверь ванной. Потом открывается дверь душевой. Я машинально прикрываю грудь ладонями. Передо мной появляется Мэтт. Из одежды на нем — только тонкая золотая цепочка с крестиком. Мэтт смотрит на меня пристально, без улыбки. Не могу понять, что означает его взгляд. Хочу сказать: «Доброе утро», но горло словно сковало от волнения. Смотрю на Мэтта во все глаза, как на привидение. Он входит в душевую кабину, закрывает за собой дверь. Оглядывает меня с ног до головы, затем делает шаг под душ, оттесняя меня к стене, и подставляет лицо под струи воды. Фыркает, трясет волосами, и я ловлю себя на том, что улыбаюсь. |