Книга В рамках дозволенного, страница 137 – Валерия Савельева

Чего он боится сейчас?

Тим вздохнул, откидываясь в кресле. Уехать из дома, чтобы оказаться на другом конце города на даче у Лисиных, которые всегда устраивали шашлыки примерно в это время. Дурацкая традиция. Отец никогда не заставлял его ехать с ними, но на этот раз уперся и потребовал присутствия сына. На шашлыках. Где от громких перекрикиваний и визга близняшек думалось в сотню раз хуже.

Близняшки и сейчас пытались довести его до белого каления, носясь кругами вокруг кресла. Снова и снова, снова и снова, пока в его голове кружились мысли.

– Да успокойтесь уже! – прикрикнул он на девчонок. – Почему только с вами все так носятся?

Одна из близняшек (Леся? Лина? Он никогда их не различал) от неожиданности запнулась о край крыльца, упала на траву и разнылась, делая шум невыносимым. Тим, может, и попытался бы ее успокоить – он считал, что обладает совестью и состраданием, хотя порой довольно ущербными, – но вокруг девчушки сразу собралось столько мамок-нянек, что его помощь стала излишней.

Другая близняшка осталась на крыльце рядом с ним. Села на пол в своем нежно-розовом платьице и сложила руки на груди. Маленькая принцесса, обиженная на чудовище, не иначе.

Тим усмехнулся, мысленно называя себя «страшным дядей», и посмотрел на притихшую девочку. Наконец стало тише, но от возмущенного взгляда девчонки было не по себе и думать не удавалось. Тим отвернулся, снова вспоминая о Ладе. Интересно, ее настолько же бесило его поведение месяц назад? Казалось таким же детским?

Когда он уже начал забывать о девочке, Леся-Лина запыхтела, привлекая его внимание, а когда Тим повернулся, выдала:

– Тебя привезли с нами играть! – Она возмущенно ткнула в него пальчиком. – А ты кричишь! Не пойду за тебя замуж, так и скажу папе!

И с достоинством, какое присуще только уверенным в себе шестилетним девочкам, Леся-Лина поднялась с пола, сначала встав на коленки, и пошла к входу в дом. Жаловаться. Но через пару шагов остановилась и добавила:

– Но прощу, если привезешь мне куклу, – а потом побежала следом за сестрой.

Тим усмехнулся, качая головой. Слава богу, старшая дочка Лисиных уехала гулять в город. Если над близняшками еще можно было посмеяться, пятнадцатилетняя Анжела его раздражала попугаистыми нарядами и умением болтать без умолку. Хотя… Кто его вообще не раздражал, кроме лучших друзей и подцепленных в клубе девочек (исключительно первые несколько часов)?

Мысль была болезненной: Лада не раздражала. Не раздражала настолько, что с ней было уютно читать, смотреть кино, играть, когда она сидит где-то за спиной. Уютно было отдыхать, а это самое главное. И страстно настолько, что голова совершенно отказывалась думать, пока не удавалось сорвать с губ Лады поцелуй. Настолько, что он не смог уехать на гребаные шашлыки, не обняв ее.

Потому что иначе скучал бы. Потому что готов был носить ее на руках и даже задумался о том, чтобы научиться готовить, когда она с восторгом рассказывала о каком-то своем родственнике-поваре. Да и умение готовить в их деле бы пригодилось, отец планировал разбавить строительный бизнес сетью кафешек… Кстати, почему бы им с Ладой не сходить в кафе?

Тим вздохнул, едва сдерживаясь, чтобы не застонать. Да, черт побери, вот и ответ. Чего он боится? Всего. И сказанных слов, и ответственности, и того, что привязался… Только разве это поможет, если он уже привязался?