Книга В рамках дозволенного, страница 162 – Валерия Савельева

А я едва не задохнулась от такого заявления. Что? Но ведь Алевтина говорила… И ребята считают его одноклассником…

— В смысле? – едва сумела произнести, ощущая, как дрожат пальцы. – Ты же закончил десять классов.

— Десять, – кивнул он.

— И…

— Я сдал ЕГЭ, – все с той же довольной улыбкой отозвался он, – в августе. Мы с отцом это планировали, и я хотел рассказать тебе, но потом подумал и решил сделать сюрприз. А потом мы поругались, после первого экзамена, к слову.

Я попыталась свести все воедино. Тим все время был дома и не мог ничего сдавать при мне, если только…

— Вы тогда ездили не к друзьям? – догадалась я.

— К друзьям. – Он пожал плечами. – Но с утра у меня был экзамен, а от Лисиных до пункта сдачи пешком минут пятнадцать. Вот и уехали ночью.

Отлично, с этим разобрались. Значит, первый экзамен был в начале августа, как раз в тот день, когда Тим приревновал меня к Стасу и мы поругались. Неудивительно, если он и так был на нервах. Но он же после десятого. Десятого! Кто вообще позволил ему сдавать ЕГЭ? Или богачам закон не писан?

— Вы заплатили за возможность сдать, да?

— Если обязательная выплата в пять сотен считается, то да, – усмехнулся Тимка. – Лада, успокойся, все по закону. Любой ученик имеет право сократить программу обучения и сдать экзамены после десятого, если полностью освоил учебную программу. Нужны только заявление от родителей и мозги, – терпеливо пояснил он. – Не веришь, можешь в Сети почитать!

А я почитаю. Поищу закон, проверю. Как вообще до такого можно было додуматься? Егоровы. Что отец, что сын – безумные гении! Потеряли год, поздно отправив в первый класс? Не страшно, наверстаем, не посещая одиннадцатый.

— Но как ты попал в школу? – выпалила я, приподнимаясь на локтях.

Тим вставать не спешил, он лежал, откинувшись на подушки, и смотрел в потолок, будто там висела самая интересная картина на свете.

— Сочинение, – заметил он. – Пусть я сдал экзамены и смог поступить в институт, но все равно числюсь в школе, потому что итоговое сочинение еще буду обязан написать. Не учеником, просто мертвой душой из архива, которую почему-то не удалили из журналов. И сочинение уже ни на что не подействует – формальность.

Я пыталась переварить эту информацию. Экзамены, институт, сочинение… Но почему тогда Тим не попытался сообщить мне об этом раньше? Почему явился в школу? Это я и спросила, он лишь вновь пожал плечами:

— Это не достижения, Лада. Я думал, что смогу добиться большего, например, возьмусь управлять одним из кафе отца, но… – он запнулся, стыдясь ответа, – но когда услышал от Васи о тебе, опять вспылил. И пришел. Хотя бы посмотреть.

Ясно. Он пришел посмотреть, а когда уходил, задержался в дверях и не смог остановиться. Желание поцеловать меня оказалось выше его сил. Впрочем, и я не могла устоять перед жаждой ощутить прикосновение его губ. Например, сейчас.

Я подалась вперед, целуя его в подбородок, потом выше, выше…

— Малыш, ты понимаешь, что сейчас меня соблазняешь? – тепло спросил Тим.

Малыш. От этого простого слова, сорвавшегося с его губ, по телу прошла дрожь. Как же я скучала. К черту! Все к черту.

— Понимаю, – кивнула я, касаясь уголка его губ.

— И понимаешь, что поговорить мы нормально так и не сможем? – Тим постарался сурово сдвинуть брови, хотя в его голосе была слышна улыбка. – А я, между прочим, заготовил огромную речь с обещаниями, что постараюсь делать и зачем. И с рассказом об институте.