Книга В рамках дозволенного, страница 20 – Валерия Савельева

Вблизи Тим выглядел еще более жалко: волосы всклокочены, на светлой рубашке выдраны пара верхних пуговиц, джинсы в пятнах ядовитого цвета, а на скуле красуются остатки красной помады. Герой-любовник местного разлива. Надеюсь, у него кошелек не вытащили. Кажется, Алевтина говорила, что у Тимочки имеется кредитка с крупным счетом, чтобы «малыш никогда не нуждался в деньгах».

— О, нянечка, – он усмехнулся, заметив меня, – вы тут.

— Могу уйти. – Я покачала головой.

Чтобы Тим, который начал подниматься, снова не упал, я заставила его принять сидячее положение и снять ботинки. Потом ухватила за руку, с трудом закинув ее себе на шею, потянула наверх. И покачнулась от тяжести.

Черт, я не затащу эту здоровенную тушу на второй этаж!

— Уходи-ите, – протянул Тим. – Эт пра-аильно…

Я тяжело вздохнула, покосившись на него. Даже пьяным пацан помнил свою главную цель – выжить гувернантку из дома, заставив уволиться. Нет бы оттаять под действием коктейлей и принять меня с распростертыми объятиями.

От давящего на плечи веса ноги заплетались, так что неудивительно, что я вдруг запнулась о край ковра и с шумом упала на пол. Тим повалился сверху, придавив меня собой. Нет, не о таких «распростертых объятиях» я только что мечтала!

— Ня-яня, не копошитесь! – возмутился Тим, когда я задергалась, стараясь столкнуть его с себя и подняться.

Получилось это лишь со второго раза. Но закинуть его руку себе на плечо теперь было вдвое сложнее – Тим сопротивлялся, ему понравилось валяться на персидском ковре.

— Ты где был? – спросила, когда мы снова двинулись в сторону его комнаты.

— С Джоем, – как будто это все объясняло.

— И кто он такой?

На лестнице мне пришлось почти переставлять ноги Тима, чтобы он преодолевал ступеньку за ступенькой. Подопечный противился, так и норовя упасть и переломать себе хребет.

Господи, за какие грехи мне достался этот идиот? Я всегда была хорошей девочкой, послушной, тихой. С парнями шашней не крутила, не напивалась, не курила и никогда не пробовала наркотики. Поесть хорошо люблю… Но кто не любит?

Или, наоборот, судьба наказывает меня за то, что ничего в жизни не пробовала?

— Ня-ня! – Тим высвободил руку из моей хватки, опасно покачнулся и легонько постучал костяшками пальцев мне по лбу. – Вы же этот… препод инглиша! Вы должны знать, что такое Джо-ой, да?

— Переводчик, – поправила его бессознательно, но задумалась.

Джой, Джой… Он имеет в виду joy? Это кличка? Удовольствие, веселье… Весельчак?

— Твой друг? – наконец спросила я.

— Всем друг, – Тим закивал. – Он МС!

А, ясно. Парень сбежал в клуб, где сегодня был знакомый ведущий с дурацким псевдонимом, нажрался как свинья и в таком виде явился домой. Туда, где его в любой момент могут застукать родители, которые приставили к любимому чаду гувернантку, чтобы избежать таких ситуаций.

К счастью, коридор второго этажа преодолеть оказалось гораздо легче – то ли я наловчилась, то ли Тим немного осознал происходящее и начал прилагать усилия, а не висеть на мне мертвым грузом. Когда я бросила его на кровать, почувствовала такое облегчение, что была готова упасть рядом, плача от радости. Родители не поймали гувернантку-неудачницу и их пьяного сынка. Ура!

От напряжения спина отнималась, а ноги подкашивались, но это не имело значения. Все пройдет.