Книга В рамках дозволенного, страница 86 – Валерия Савельева

— То есть все по-прежнему? – наконец, поинтересовался он.

Повисло молчание. Тим ждал, я тоже. Ждала, переминаясь с ноги на ногу, но не потому, что хотела узнать тайны Дмитрия, а потому, что начала замерзать. Когда уже решила двигаться вперед одна, Дима произнес:

— Ну, не совсем.

— В смысле? – настороженно переспросил Тим. – Почему мне уже мерещится что-то сомнительное?

— О нет, ничего такого, честно. – Я так и вижу, как Дима скрещивает пальцы, и Тим, похоже, представляет то же самое. Его лицо с каждой секундой мрачнеет. – Я столкнулся со Стасиком, ну… сам понимаешь, как бывает?

— Понимаю, – согласился Тим.

Я переступила с ноги на ногу, потирая замерзшие ладони. Парень это заметил: свободной рукой развязал висящую на бедрах толстовку и протянул мне. В ответ на мой удивленный взгляд Тим, прикрыв рукой динамик, шепнул:

— Мне не холодно, – а потом вернулся к Диме. – И с чего вдруг мне будет интересно знать такие подробности в шесть утра?

Я неловко улыбнулась, попыталась вернуть толстовку, но Тим лишь отмахнулся. Тогда я закуталась в нее, пряча руки. Сразу стало легче, теплее и уютней.

— Потому что… в общем, он присоединится к нам, когда будем играть в карты.

Тим мгновенно поменялся в лице: щеки покраснели, свободная рука сжалась в кулак, спина слегка изогнулась. Точно кот, на которого пшикнули из пульверизатора. Из очень большого пульверизатора.

— Что? – рявкнул он. – Стасик? Только через мой труп.

Та-а-ак, значит, лютой ненавистью Тим ненавидит не только гувернанток, но и некого Стаса, который на днях к нам присоединится. Хм, обычная игра в дурака с каждым часом казалась все интересней.

* * *

Что такого страшного и пугающего в этом Стасике, Тим так и не признался, как бы я его ни пытала. Хотя скорее пытал меня он: настроение у него испортилось, он нервничал и стал очень рассеянным, а предотвращать или исправлять последствия приходилось мне. За два с лишним дня до назначенной встречи Тим успел:

а) раз десять едва не разбить телефон, который то случайно выскальзывал из его рук, то парень запускал им в стену/кровать/асфальт/траву (нужное подчеркнуть). Похоже, по мне плакала бейсбольная сборная, потому что мобильный оставался цел и невредим. Все же Тим вернул мне долг в виде новой навороченной электронной книги. Спасти телефон – миссия века;

б) семь раз (я считала!) попытаться грохнуться с лестницы, а один раз – с балкона. Неспециально, конечно, по рассеянности. Однако если в первом случае переломать все кости ему не грозило – максимум руку-ногу, то приземлиться в колючие розовые кусты, упав с высоты второго этажа, было травмоопасней;

в) три раза ошпариться горячим чаем, а потом полчаса материться сквозь зубы, обрабатывая ожоги кремом после загара. А что поделать, если ничего полезного в аптечке у них не оказалось? Я советовала не трогать, просто приложить холодный компресс, но когда пролил чашку чая в опасной близости от интимных мест… разум отключается, и ты готов на все, чтобы облегчить боль;

г) сотню раз умереть в очередном слешере и, плюнув на все, включить легкую казуалку, в которой умереть возможно, только если того требует сценарий;

д) случайно обжечься сигаретой, вышвырнуть в окно едва начатую пачку и не курить весь день. А на следующее утро опомниться и броситься искать ее в тех зарослях розовых кустов, в которые прошлым днем едва не упал;