Книга Время, прости!, страница 11 – Татьяна Тронина

Почему у нас с ним ничего не получилось? Он старше меня почти вдвое (мне девятнадцать, ему тридцать восемь). А еще я внезапно стала известной личностью – поступила в литературный институт, мою повесть опубликовали в журнале «Юность». Повестью заинтересовались киношники, известный режиссер собирался ее в ближайшее время экранизировать – уже шла работа, один раз мне удалось даже побывать на съемочной площадке…

Никитин решил, что он, обычный участковый, «гроза алкоголиков и тунеядцев», как он сам себя называл, – не пара мне, и мы расстались. Наверное, оно и к лучшему: довольно скоро я поняла, что люблю Артура. Я его всегда любила, еще с прошлой жизни, просто на меня повлияли гормональные встряски, вызванные путешествием во времени. Это непросто – в конце жизни обрести молодость и вновь преодолевать все ее искушения.

Да, только не думайте, что ту повесть написала я… Это сделала за меня программа. Искусственный интеллект, нейросеть.

Она создала текст о первой любви, скомпилировав популярные сюжеты из литературы и кино семидесятых, – что-то в духе «Вам и не снилось» или «В моей смерти прошу винить Клаву К.» и других похожих историй. Первая любовь, первая печаль…

Нейросеть была предустановлена в планшете, который Николай дал мне с собой в прошлое. И в дальнейшем она должна была сочинять за меня тексты: ей не нужны были ни интернет, ни серверы, ни связь, она являлась полностью автономной.

…Свет от фонаря падал Никитину на лицо. Может, дело было в искусственном освещении, а может, в чем-то еще – но Никитин вдруг показался мне тоже каким-то другим. Уж слишком постаревшим. А ведь недавно наши старушки на лавочке сравнивали его с одним прибалтийским актером, красавцем-блондином.

— Как ты? – спросила я.

Никитин пожал плечами:

— Все так же. А ты выглядишь счастливой. Давно была свадьба?

— Два дня назад.

— Поздравляю. – Он прерывисто вздохнул. – Искренне поздравляю. Ты заслуживаешь счастья.

— Спасибо, – вежливо поблагодарила я.

— Как странно она на меня смотрит… Я плохо выгляжу, да? Усталым? Постаревшим? – спросил Никитин и, не дожидаясь ответа, произнес убежденно: – Так и есть. Время… оно ведь не ко всем одинаково благосклонно относится, кого-то и не щадит. Я много думал, знаешь ли.

— О чем? – спросила я.

— О нас. У тебя есть будущее. А у меня его нет. Нас разделяет пропасть. Целая жизнь между нами. – И Никитин вдруг без всякого перехода добавил: – Я тебя люблю.

— А я – любила тебя, – вырвалось у меня.

— Знаю, – кивнул Никитин. – Но ты была бы несчастной рядом со мной. Береги себя, пожалуйста.

— Ты тоже береги себя, – ответила я.

— Покажи кольцо, – вдруг попросил он.

Я вытянула руку из кармана плаща – кольцо блеснуло на моем пальце в свете фонаря.

— А фамилию ты тоже сменила? – уставившись на мою руку, севшим голосом спросил Никитин.

— Да, – сказала я. – Я теперь – Алена Дельмас.

Никитин усмехнулся. Наверное, он сейчас представил рядом с моим именем свою фамилию.

Господи, как же жалко его… И в то же время я радовалась, что мой старый паспорт, поддельный, – уничтожен. И к новому документу, удостоверяющему мою личность, уже никто не сможет придраться: он безупречен.

— Как же он был счастлив с ней, как же счастлив… Каждый день, утром, просыпается – и словно видит ее рядом. А ее – нет… – Никитин кинул на меня какой-то горячечный, почти безумный взгляд. Затем развернулся и ушел, скрывшись в темноте.