Книга Развод. Неудобная жена, страница 29 – Яра Славцева

Я ответила не сразу. Сначала заставила себя дышать. Потом написала: «Со мной. В безопасности.» Отправлено. Прочитано сразу. Через секунду звонок. Я ответила.

— Ты совсем с ума сошла? — в голосе Славы впервые за все это время прорезалась настоящая злость. Живая, открытая. — Почему моя дочь у тебя ночью черт знает где?

Моя. Не наша. Очень интересно.

— Твоя дочь приехала ко мне сама, потому что ты позволил своей любовнице рассказывать ей, как всем будет хорошо, когда она заменит мне место.

— Не неси чушь.

— Это не чушь. Это слова Киры.

— Она ребенок! Она могла понять не так!

— О, а когда ребенок был нужен, чтобы удержать меня на расстоянии, тебя ее восприятие не смущало.

— Верни ее домой.

— Нет.

— Мила…

— Нет, Слава.

Я сама удивилась, насколько твердо это прозвучало. На том конце повисло молчание. Потом он сказал очень тихо:

— Ты делаешь хуже.

— Нет. Впервые за долгое время я делаю хоть что-то правильно.

И положила трубку. Руки тряслись. Сердце колотилось. Но где-то глубоко внутри распрямлялось нечто давно сломанное.

---

ГЛАВА 34

ГЛАВА 34

Утром Слава приехал. Конечно. Не один — с водителем. Как будто собирался не разговаривать с женой, а забирать важный груз.

Я увидела его машину из окна Лени и сразу почувствовала, как все внутри сжалось.

— Не открывай одна, — сказала Лена.

— А с кем? С ОМОНом?

— Со мной.

Мы спустились вдвоем. Слава уже стоял у подъезда. В темно-сером пальто, безупречный, собранный, холодный. Даже сейчас он выглядел так, будто держит ситуацию под контролем. И только очень внимательный человек заметил бы, как напряжены его плечи.

Он увидел меня и сразу сказал:

— Я забираю дочь.

— Нет.

— Это не обсуждается.

— Ошибаешься. Именно это сейчас и обсуждается.

Лена демонстративно осталась чуть в стороне, но не ушла. За что я была ей безмерно благодарна. Слава перевел на нее взгляд, потом снова на меня.

— Ты устроила цирк.

— Нет. Я забрала ребенка от женщины, которая уже объясняет ему, как скоро заменит ей мать.

— Света не говорила ничего такого.

— Не ври мне хотя бы сейчас.

Он шагнул ближе.

— Где Кира?

— Наверху. И если ты думаешь, что я спущу ее к тебе после вчерашнего, ты очень плохо меня знаешь.

— Я как раз слишком хорошо тебя знаю, — процедил он. — Ты действуешь на эмоциях. Через два дня пожалеешь.

— Через пятнадцать лет я уже однажды пожалела. Второй раз не хочу.

Его лицо ожесточилось.

— Не заставляй меня решать это иначе.

Вот оно. Прямо. Без маскировки.

— Через суд? — спросила я.

— Если понадобится.

— Из-за того, что дочь переночевала у матери?

— Из-за того, что ты дестабилизируешь ребенка.

Я смотрела на него и медленно осознавала весь масштаб. Он действительно готов пойти туда. Не чтобы защитить Киру. А чтобы вернуть контроль.

— Знаешь, что самое страшное? — спросила я. — Что раньше я бы сейчас дрогнула. Начала бы оправдываться. Пыталась бы доказать, что я хорошая мать. А сейчас мне вдруг стало до смешного ясно: ты не ищешь правды. Ты ищешь рычаг.

Слава долго смотрел мне в глаза. Потом сказал:

— Последний раз прошу по-хорошему. Пусть спускается.

— Нет.

Из подъезда раздался шорох. Мы оба повернулись. На лестничной площадке стояла Кира. Бледная, в худи, с заплетенной наспех косой. И смотрела на отца так, будто видела его впервые.