Книга Развод. Неудобная жена, страница 49 – Яра Славцева

От этой формулировки у меня защипало глаза. Любили когда-то. Потом сделали. Господи. Я устала от этой анатомии разрушения.

— Я хочу это закончить, — прошептала я.

— Тогда заканчивай правильно.

---

ГЛАВА 59

ГЛАВА 59

Слава приехал за Кирой без предупреждения. В воскресенье. Ближе к вечеру. Лена как раз ставила в духовку курицу, я разбирала бумаги на кухне, а Кира сидела в комнате с ноутбуком, когда домофон коротко пикнул.

Я подошла первой. Открыла. И услышала его голос:

— Это я.

Ни «можно?», ни «мне нужно поговорить». Конечно.

— Мы никого не ждали, — ответила я.

— Я приехал к дочери.

Я могла не пустить. Имела полное моральное право. Но Кира услышала уже со второго слова и сама вышла в коридор. Бледная, нервная.

— Это папа?

Я кивнула. Она замерла на пару секунд, потом тихо сказала:

— Я хочу сама решить, говорить мне с ним или нет.

Вот она. Вот та грань, ради которой стоило держаться. Не мой контроль над ней. А ее собственный.

— Хорошо, — сказала я и открыла дверь подъезда.

Через минуту Слава поднялся. Он вошел в квартиру Лены так, будто пространство автоматически подстраивается под него. Дорогой темный плащ, лицо каменное, взгляд сразу на дочери.

— Привет.

— Привет, — еле слышно отозвалась Кира.

Я встала чуть в стороне. Не между ними. Но и не исчезая. Слава заметил это и на долю секунды напрягся.

— Можно поговорить? — спросил он у Киры.

— Здесь, — сразу ответила она.

Я почувствовала почти физическую гордость. Слава тоже почувствовал, что условия уже не его.

— Хорошо, — сказал он.

Он подошел ближе. Слишком близко, на мой вкус. Но Кира не отступила.

— Я не хочу, чтобы ты боялась меня, — произнес он.

Удивительно. Начал правильно. Если не знать его.

— Я не боюсь, — тихо сказала дочь. — Мне просто… плохо.

Что-то мелькнуло на лице Славы. Настоящее? Или мне показалось?

— Я не хотел, чтобы так вышло.

— Но вышло, — сказала Кира.

И от этой детской, тихой констатации мне захотелось плакать сильнее, чем от любых взрослых слов. Потому что в ней не было ни истерики, ни обвинения. Только факт. От которого нельзя отвернуться.

Слава молчал. Потом произнес:

— Ты всегда останешься моей дочерью. Что бы ни происходило между взрослыми.

Правильная фраза. Очень правильная. Если бы не одно «но». Я уже слишком хорошо знала, как он умеет говорить безукоризненно и разрушать при этом все вокруг.

— Тогда не заставляй меня быть рядом с ней, — шепнула Кира.

Тишина. Лена, замершая у кухни. Я, стиснувшая пальцы до боли. Слава, смотрящий на дочь так, будто этот удар оказался для него неожиданным.

— Это не навсегда, — сказал он наконец.

И вот тут я увидела, как в лице Киры что-то гаснет. Она поняла. Как и я. Он все еще не собирался выбирать ее спокойствие. Он собирался дать ей срок привыкнуть.

---

ГЛАВА 60

ГЛАВА 60

После ухода Славы Кира заперлась в ванной и плакала так тихо, что это было страшнее любого крика. Я сидела под дверью на полу и не знала, что сказать. Иногда у матери нет правильных слов. Есть только присутствие.

— Мам? — донеслось наконец из-за двери.

— Да.

— Он не понял.

Я закрыла глаза.

— Знаю.

— Я думала… — голос сорвался. — Думала, если скажу спокойно, он поймет.

У меня свело горло. Потому что именно так я жила половину брака: думала, если скажу спокойнее, мягче, логичнее — меня услышат.