Книга Развод на спор, страница 54 – Любовь Попова

— Ну вот ты сидишь тут такая задумчивая, и я вспомнил, — ответил он, и в голосе его было что-то неуловимо-личное.

Я усмехнулась, чуть пожала плечами:

— А я думаю тебе не понравится. Там есть любовная линия.

— Думаешь, я против любовных линий? Я очень даже за, — сказал он, и в его голосе скользнуло что-то, от чего у меня пересохло во рту.

— Так может я куплю и пришлю тебе книгу, — предлагаю. Уходить мне не хочется. Потому что пока Марк болтает с отцом, мне спокойно, а кто знает как он поведет себя в мое отсутствие. А еще потому что оставаться наедине с Артемием я тоже не хочу.

— Давай мы просто сходим и ты мне ее отдашь. Свои обязанности хозяйки ты уже выполнила. Пора уделить внимание самому главному гостю.

Я смеюсь, стараясь сделать это легко, поверхностно, чтобы сбить напряжение, которое вдруг повисло между нами.

— Ты правда считаешь себя самым главным гостем? – встаю с кресла, отставляя бокал шампанского.

Он медленно кивает, глядя пристально, почти не моргая. Допивает свое вино и ставит бокал рядом с моим.

— А ты так не считаешь? – говорит он, пока мы идем к кабинету, где у меня книжный шкаф. — Или, может, ты всё это устроила не просто так. Не ради веселья. А ради кого-то конкретного?

Он вкрадчиво выговаривает, а мне становится не по себе.

— Артемий…

— Почему ты во всём ищешь скрытый смысл, — стараюсь не показывать, как сильно меня задевают его слова., — неужели я не могу просто позвать тех, кто мне дорог?

Он усмехается.

— А твоя мама давно стала человеком, дорогим твоему сердцу? Или Ксения? Которую ты постоянно… подглядываешь. С интересом. Или с подозрением?

У меня внутри что-то болезненно дергается, словно кто – то сильно натягивает струну в душе, которая и так дико ноет.

— Глупости, с чего бы.

— Знаешь, Мне кажется, — продолжил он чуть тише, — их отношения давно перешли ту грань, что называется «профессиональной».

Я чувствую, как по позвоночнику бежит холодок..

— Ты что-то знаешь? — тихо спросила я, и голос мой предательски дрогнул. — Что-то, о чём не хочешь мне говорить?

Он не ответил сразу. Только пожал плечами.

— Я ничего не знаю. Но я наблюдателен. Как и ты.

— Ты ошибаешься, — сказала я резко. Слишком резко.

Почти рвано.

Он прищурился.

Я отвернулась. Сделала шаг в сторону. Но с места не сдвинулась.

Внутри всё сжалось.

Я чувствовала, как горло медленно, но неотвратимо начинает сдавливать.

Как слёзы подступают к глазам, как напряжение заполняет грудную клетку, не давая вдохнуть.

Я обманывала его.

И, что хуже, обманывала себя.

Что я чувствовала — я не могла признать. Ни вслух, ни мысленно.

Потому что, если признать — придётся что-то с этим делать.

А я не знала, что именно.

Я просто стояла, вцепившись пальцами в бокал.

И слушала, как где-то позади смеются гости.

Как на кухне гремят бокалы.

Как сердце грохочет так громко, будто пытается вырваться из груди.

Артемий стоял всё так же близко.

И в его взгляде не было ни злости, ни обвинений.

Только… понимание.

Понимание того, что я не скажу правду. Ни ему. Ни себе. Пока не станет слишком поздно.

Мы не успеваем дойти до кабинета.

Я иду вперёд — быстро, сосредоточенно, будто бегу от собственных мыслей, — но он вдруг появляется рядом.

И в одно движение переграждает путь,

оставляя мне только стену за спиной